Вот она снова тревожным взглядом обводит мансарду, словно безмолвно говоря: «Что-то здесь не так, но я не знаю, что». Затем она обращается ко мне.
– Сильви, – спрашивает она, – а ты слышала о Дне музейного селфи?
Она произносит это так, будто пытается говорить на незнакомом ей иностранном языке.
– Да, – осторожно отвечаю я. – Слышала. А что случилось?
– Роберт только что упомянул об этом. Он считает, нам нужно поучаствовать.
– Что ж, – пожимаю плечами я. – Думаю, мы могли бы. Но я не думаю, что мы сможем привлечь этим новых меценатов.
Такие акции все же для немного другой аудитории. Если честно, повальное увлечение селфи лишь отпугнет некоторых наших покровителей.
– Ах, – кивает миссис Кендрик. – Вполне. Вполне. Интересная точка зрения. – Она умолкает, и взгляд ее становится еще более тревожным. – Сильви, могу я тебя спросить, – она опускается до шепота, – что такое «селфи»? Я везде слышу это слово, но никогда не понимала, что оно значит. У Роберта я спросить не могла, ты же понимаешь…
Бог мой.
Закусываю губу, представляя бедняжку миссис Кендрик за завтраком: Роберт что-то деловито вещает ей о дне селфи, а она даже не понимает, что это такое.
– Селфи – это такая фотография. Автопортрет, – добродушно рассказываю я. – Когда ты фотографируешь сам себя где-то в основном на телефон.
Не уверена, что миссис Кендрик сможет до конца понять. В ее мире телефон – это аппарат на тумбочке с трубкой и проводом-макарониной. Она медленно покидает офис, должно быть, чтобы уныло пожевать печенье от Tesco Value, которое мы теперь покупаем.
Я же набираю новую подрисуночную надпись.
Веер с перьями…
Пока печатаю, во мне борются противоречивые чувства. Конечно, я до сих пор «крайне не одобряю» поведение Роберта, который втоптал наш тесный уютный мирок в грязь и довел свою тетю. Но с другой стороны, если он предлагает нам провести День музейного селфи, может, он вовсе не собирается закрывать нас ради многоквартирного дома? Может, он и вправду хочет нам помочь?
И стоит ли нам участвовать в Дне музейного селфи?
Так и вижу, как наши пожилые меценаты в париках пытаются сделать селфи, держа сморщенными ручками смартфоны.
Я прекрасно понимаю, с чего у Роберта возникло такое предложение, но неужели он не уловил атмосферу нашего музея? Неужели не видел, кто в основном к нам приходит?
Тем не менее вывожу: «День музейного селфи?», на клейком листочке для заметок и вздыхаю.
