Он стоял, привалившись к плечу своего питомца, и сверлил меня яростным взглядом. А в свете одинокого фонаря над дверью на лбу парня ярко сияло здоровенное золотистое пятно.
Я не смогла сдержать ядовитую улыбку. Хотя Чейн явно очень хотел, чтобы мне стало не до смеха.
Глава 16
Разговор по душам
Вестейн
Парни отпирались, но как-то без огонька. Сразу стало ясно, что Анне они разболтали если не все, что знали, то самое важное. С одной стороны, подлянки от Халворсонов ждать не стоило. С другой стороны, если сведения дойдут до Крона, он не даст Анне спокойно жить.
Оба это прекрасно понимали. И теперь с энтузиазмом клялись, что никому, никогда, ни за что.
Эта семейка всегда держалась в стороне от дрязг аристократии. Да и сами ребята не из тех, кто ищет выгоду в подобных знаниях. Но на всякий случай Вестейн их все равно запер до утра — пусть подумают о том, какие проблемы создали и ему, и девушке.
Куратор вышел на крыльцо и постоял, разглядывая темное небо. Как же это все не вовремя.
И визит герцога Скау, и злосчастное письмо, которое жгло карман. Йоран всю дорогу до загонов открыто веселился над тем, как Анна собиралась избавиться от конверта. Больше всего Вестейну хотелось позволить ей это сделать. Но пришлось вспомнить про долг учителя и отправить Свейта за несчастным посланием. И это принесло ценные сведения, которые теперь не давали покоя."
"На конверте стояла печать Гольдбергов. И Вестейн не мог припомнить в этом роду наследников соответствующего возраста.
Зато он прекрасно помнил, что глава рода не так давно овдовел. Неужели Альбин Скау согласен отдать девушку тому, кто годится ей в отцы?
Вестейн начал спускаться по лестнице и попытался убедить себя, что это не его дело. Его сейчас должно волновать, что узнала Анна, и что она собирается делать с этим знанием. Но недовольство зрело глубоко внутри и не подчинялось холодной логике, на которую он привык опираться.
«Она наша», — пришла далекая мысль от Свейта. А мысли Вейстейна перекинулись к мечу.
Как будто мало ему было одуревшего пса, теперь еще и Мистивир! Проклятый клинок устал глумиться и хохотать. И на этот раз пытался убедить его, что нельзя противиться судьбе — нужно сочетаться с девушкой законным браком и продолжить род, и чем скорее, тем лучше.
Как будто аристократия Севера это позволит. Правящие герцоги сделают все, чтобы род Аабергов пресекся. Не хочется проверять, как далеко они могут зайти в этом стремлении.
