Невольная дрожь побежала по плечам, подбрасывая воспоминание о поединке, виденном ею однажды.
И тут взгляд ее выхватил из толпы знакомую уже светлую шевелюру и красивое лицо Инарга. Светло-голубые льдистые глаза северного лорда блеснули странной радостью. Он демонстративно поклонился ей, прижав руку к груди. Отрезанные Дэймаром косички не успели отрасти и до половины и топорщились забавно и дерзко.
Враждебные взгляды обратились к нему со всех сторон. Однако северный лорд не смутился, наоборот, обвел взглядом зал и презрительно хмыкнул.
Как будто специально нарывался. Но Ника уже поняла, что его обычная манера провоцировать противников."
"Рядом с ним в окружении своих воинов стоял крупный мужчина грубоватой наружности. Простая одежда из черной кожи, черные волосы, забранные в хвост, большие кисти рук. Черные татуировки спускались из-под наручей на тыльную сторону кистей. Мужчина чем-то напомнил ей Дэймара.
На миг стало ужасно тоскливо. Захотелось убраться отсюда, зарыться в подушку и плакать, но… Она медленно выдохнула и стала прислушиваться к тому, что говорит герольд.
Вообще, Ника заметила, что присутствующие здесь мужчины различаются повадкой и внешним видом. И она уже даже могла бы сказать, кто тут местный, а кто из-за реки. Местные были грубее и крепче, заречные казались более мелкокостными, бледными и изнеженными. И носили другую одежду.
Как Дэймар объяснял ей, это все из-за магического барьера, который издревле проходил по реке и делил на две части их мир и магию.
Обычный смертный не мог пересечь границу, барьер мгновенно выпивал жизнь. Это было под силу только сильному магу, имевшему знак перехода. Или дракону.
Однако магия перемещений родилась именно здесь. Можно было предположить, что у всех заречных знаки, скорее всего, купленные или подаренные, и они значит, они слабее местных. На что надеется тот же Маграс? Хотя, черт его знает, может у него какие-то свои тайные примочки. Рано делать выводы. Рано…
Но мозги же надо было чем-то занять!
Чем угодно, лишь бы не думать, что этот кошмар может оказаться правдой.
Нике неудержимо хотелось коснуться ладонью знака на груди, почувствовать его, увидеть, убедиться. Но она продолжала сидеть в этом проклятом неудобном царском кресле прямая как палка. Руки на подлокотниках, голова чуть откинута назад. Не смотреть в зал.
Передышка была недолгой.
Герольд начал выкрикивать первые имена.
Какой-то Симарг, лорд какого-то надела. Нике он показался волосатым варваром.
