Привязал, чтобы в случае чего, принять все на себя. Она сильно обиделась на него тогда.
— Да, — сказал Дэймар.
— Я хочу сделать то же самое.
— Зачем? Ты и так…
— Я. Хочу.
Дэймар молча кивнул. В конце концов, во время брачного обряда в замке он смог напрямую привязать ее к дракону и к этой земле. Теперь, даже если он умрет, на ней это никак не отразится.
***
Нике не нравилось это место. Она не могла сказать, в чем суть, может быть, так работала ее проснувшаяся сила, но было ощущение какого-то потустороннего присутствия.
Как будто дух той ведьмы так и не упокоился, и продолжал ментальными когтями вцепляться в Дэймара.
Не в этом ли была суть ее проклятия?
Держать его, не выпускать. Выпивать жизнь по капле?
Ничего этого Ника ему говорить не собиралась. Но отсечь эти поганые щупальца мертвой стервы от своего мужа надо было раз и навсегда.
— Дай руки, — проговорила она и обхватила ладонями его запястья.
Говорят, нет ведьмы, сильнее серебряной?
Так вот, говорят правду.
Он странно дернулся, широко открывая глаза, глубоко вздохнул и рассмеялся.
И да, браслетики у нее получились совсем маленькие. Тонкие серебряные ""цепочки"" на его сильных мужских запястьях. Но получилось, сбросила с него старую ментальную привязку.
Вот теперь можно было и домой, тем более, что ей ужасно хотелось есть, и уже близился вечер.
А потом они ужинали у ярко пылавшего очага, прямо на огромной мохнатой шкуре.
И была ночь. Снова горела до утра.
***
Они прожили там неделю. В доме нашлась мука, запасы крупы, соль, сахар, и Дэймар охотился дважды.
Время пролетело незаметно. Об этом убежище никто не знал. но дальше задерживаться здесь было опасно.
А накануне вечером они, тесно прижавшись, сидели у огня, и Дэймар вдруг сказал:
— Мне надо будет ненадолго отправиться в твой мир по делам.
глава 57
Вроде бы совершенно обыденные слова, а стало тревожно.
— Когда? — спросила Ника, невольно отстраняясь, и нахмурилась.
А он притянул ее к себе, пристроил подбородок ей на макушку и тихонько рассмеялся:
— Не волнуйся шокировать замок переселением в мою спальню ты еще успеешь.
Этот вечно хмурый, закрытый и мрачный мужчина теперь смеялся. Негромко. Иногда едва заметно улыбался глядя куда-то в себя. Ника не показывала вида, но каждая его тихая улыбка воспринималась личной победой. А сейчас почему кольнуло тоненькой иголочкой беспокойство.
Однако стоило ей представить, какая в замке начнется суматоха, Ника сама расхохоталась во весь голос.
