Но было такое чувство, как будто Иргиаль перед смертью недосказала что-то, утаила какую-то часть своего проклятого проклятия. И оно витало тут. А он не мог уловить.
Дракон не любил это место.
Хоть они с Дэймаром разделили жизнь и магию и стали почти одним целым на энергетическом уровне, это было местом его унижения. Местом, где он впервые познал человеческое коварство. Как и тот мальчик, которым был тогда сам Дэймар. Ему было восемнадцать, он был он совсем молод, горяч и полон надежд."
"После Иргиаль Дэймар долгое время вообще не мог смотреть на женщин.
Спасибо Тирсии, она отогрела его немного. Как могла бы отогреть мать, которой у него не было. Дэймар был сиротой с десяти лет, обоих родителей убила молния.
Этот простой маленький дом в горах, в который он привел свою возлюбленную, раньше принадлежал его родителям, а теперь ему. Мужчина, даже если он король, должен привести жену в свой дом. Наверное, был в этом какой-то глубокий смысл, в том, что они стали мужем и женой по-настоящему именно здесь.
Много воспоминаний, много горечи.
Но сейчас Дэймар смотрел на свою серебряную ведьму, на ее сосредоточенно сведенные тонкие светлые брови, и видел свет.
Они вдвоем стояли на дне огромного кратера, его юная жена осматривала разорванные огромным выплеском силы скалы. Оплавленные огнем, страшные, мертвые. Оглянулась на него и поежилась.
— Зловещее место. Все пропитано болью и смертью.
— Да, — скучно проговорил Дэймар и покосился в сторону.
— Мне кажется, что это место живет какой-то своей жизнью…
Она запнулась и вдруг спросила:
— Почему ты сказал, что умер здесь в первый раз?
Умела его юная ведьма задавать вопросы.
Мужчина шумно выдохнул и дернул шеей. А потом мрачно рассмеялся:
— Потому что когда-нибудь придется умирать во второй.
— Что…?
У нее испуганно приоткрылся рот и вырвался нервный жест, а потом она проговорила:
— Странные шутки у тебя, Дэймар.
Через секунду он уже обнимал ее, прижимая к себе. Черт бы его побрал! У него вообще язык не приспособлен говорить с женщиной.
— Прости, я не хотел.
Пойдем обратно?
Она кивнула и даже собралась уходить, но вернулась.
— Подожди.
И стала присматриваться к чему-то, как будто видела то, что было скрыто от глаз Дэймара. А потом вдруг спросила:
— Помнишь, ты привязал мою жизнь к своей, там у реки?
Он помнил, как она пригрозила, что убьет себя, а ему дурно стало от мысли, что она с собой что-то сделает. Или просто с ней случиться что-то плохое. У нее ведь даже магии еще не было, чтобы защититься.
