А символы в круге совместились так, что из двух разомкнутых частей получился знак перехода, правда, имелось незначительное отличие.
Звенящее молчание повисло. Наконец Дэймар прокашлялся и сказал:
— Теперь это означает конец — начало. Или бесконечность. Или жизнь. Только такой знак нельзя нанести в одиночку. Нужны двое. Одновременно.
Вот именно. Ника кивала головой, а пальцы левой руки только сильнее сжали красный комочек. Вот именно!
— Но зачем тебе это? — спросил он, по-прежнему хмурясь.
— А ты еще не понял?"
"Мужчина изменился в лице, как будто она его ударила.
Отошел на шаг.
— Ты не обязана.
— Ты не понял?!
Он резко обернулся, огонь в серых глазах, казалось, сожжет.
— Я понял слишком хорошо, — жестко усмехнулся, а в голосе сквозила горечь. — Настолько хорошо, что боюсь, я ошибся.
Ника подумала, что все выскажет ему потом. И какой он идиот, и мерзкий заносчивый тип, и гад. И ВСЕ, что она о нем думает. Но потом. Сейчас главное было суметь снять проклятие. Иначе как ей потом одной жить без него?
Она встала из-за стола и подошла вплотную.
Дэймар в тот момент казался уязвимым, смотрел на нее и хмурился. Опять ведь не понимает. Чееееерт. Взяла его руку, вложила в нее красный платок и крепко зажала пальцы. В первый момент он застыл, в глазах понимание и какая-то дикая жажда.
— Только пусть это будет не здесь. Здесь… — Ника поморщилась. — Все всё видят и знают. Я не хочу на виду.
Мужчина шумно сглотнул, подался к ней, забирая ее руку в свои, и проговорил:
— У меня есть убежище.
Эйдэрал отнесет нас. Мы будем одни.
Низкий хрипловатый голос чуть срывался тяжелым дыханием и от этого казался еще ниже. Словно горячая обволакивающая волна. У нее вдруг прикрылись глаза и побежали сладкие мурашки. И стало страшно остаться наедине с этим мужчиной, страшно своих чувств и того, что неизбежно будет между ними. Надо было срочно сбежать, уйти, пока не растеряла все остатки решимости.
Когда Ника уже подходила к двери, Дэймар ее окликнул:
— Через час. Если ты не передумаешь.
глава 52
К тому моменту, когда Ника добралась до своих покоев, она могла думать только об одном — как перестать думать. Потому что стоило чуть-чуть ослабить вожжи, в душу лез страх, вдруг они ошиблись и ничего не выйдет, вдруг что-то пойдет не так, вдруг ей силы не хватит, вдруг…
И только войдя в комнату, она сообразила, что ее служанки, а так же Тирсия, ведь наверняка захаживала с утра, должны были уже успеть заметить отсутствие красного платка. Чеееееерт.
