Провел, легко касаясь кончиками пальцев, по блестящим застежкам. А потом повернул к себе корешок, на котором было выведено замысловатой вязью «Хождение по мирам. Искусство перемещений», и взглянул на Нику. И она вдруг поняла.
— Это ведь ты подложил мне эту книгу?
Он кивнул.
— Я заметил, что тебе интересно, — мужчина снова повел пальцами по застежкам, теперь нажим был чуть больше. — И решил, что это поможет тебе лучше понять нашу магию. Привыкнуть.
Значит, он позаботился о ней и в этом? Ника вдруг смутилась, однако сразу же собралась и спросила снова:
— Спасибо.
Знаки. Ты знаешь знаки, умеешь их читать?
— Если ты об этом, то да, я умею читать знаки, — ответил Дэймар.
Хорошо. Это было хорошо.
— Тогда скажи, что может значить «со смертью соединить любовь»? Там было сказано, кто знает знаки, тот поймет.
Мужчина держал книгу в руках и смотрел на нее очень внимательно.
— Пожалуйста! — взмолилась Ника. — Это очень важно! Если ты знаешь знаки, скажи, что это может значить?
Потому что его молчание убивало!
— Пойдем, — сказал он наконец и направился к столу.
Отодвинул стул и указал ей:
— Садись.
А сам встал рядом, листая книгу. Когда нашел нужное, положил книгу перед Никой на стол.
— Смотри, — он ткнул пальцем в рисунок.
Эта была та самая руна. Символ орок — проклятие. И трактовка — конец, смерть, любовь, начало.
Она хорошо его помнила. Этот символ часто встречался среди татуировок Дэймара как завершающий фрагмент ответвлений. Ника вглядывалась в рисунок, не понимая, что он этим хотел сказать?
— На самом деле, — проговорил Дэймар.
— Это самый сильный знак из всех. Он закрывает судьбу, ставит точку. То, что за этим знаком, изменить нельзя. Закреплено, завершено, закрыто.
Знак был похож на широкий коготь с коротким острием и глазом ближе к острому концу. Только вместо глаза там был разомкнутый трискель-норк, заключенный в кольцо. Широким концом этот знак прикреплялся к другим знакам и действительно служил завершением, закрывал их.
— Подожди, — пробормотала Ника.
— А как соединить любовь со смертью?
Дэймар задумался на минуту, брови хмурились. Потом он взял карандаш и листок из тех, что она принесла, и нарисовал символ. А поверх медленно и аккуратно нанес такой же. Он совместил их, отзеркалив по вертикали таким образом, чтобы совпали «глаза». У Ники мороз пошел по коже.
Это был уже совсем другой знак, новый!
Что-то вроде инь и ян, только широкие концы расходились в стороны, как у двухвостой кометы.
