– Вы считали, что вы – единственный гость?
– Я никого не видел. Миссис Хаддингтон пригласила меня в комнату, которую называла своим будуаром. Мы находились там одни.
– Благодарю, сэр. Больше я вас не задерживаю.
Проводив Паултона, инспектор Грант сказал:
– Вы отпустили этого хитреца?
– Я в любой момент могу его арестовать. Мне нужны те две проволочки, Сэнди. Пусть их принесут!
Поблескивающая медная проволока, снятая с шеи Сэтона-Кэрью, занимала внимание Хемингуэя недолго. Зато другую, более старую, он долго разглядывал, наводя увеличительное стекло на ее концы.
– Подойдите, Сэнди! – позвал он. – Полюбуйтесь! Разве с помощью этой проволоки вешали картины?
Инспектор уставился на нее.
– Вы правы, – сказал он. – Концы выпрямлены, но видно, где был загиб, там проволоку крутили. Что это означает?
Хемингуэй откинулся в кресле и прищурился:
– Вот и я ломаю голову. Несомненно, проволока снята с картины. Где же картина?
– Она может находиться где угодно!
– Где угодно – если второе убийство было преднамеренным.
Если нет, то картина должна висеть в доме миссис Хаддингтон. Если соотнести факты, то искать картину нужно, скорее всего, в гостиной. Необходимо проверить. Вызовите мне Брумли, Сэнди!
Когда две полицейские машины прибыли на Чарлз-стрит, для них не нашлось места: у дома стоял модный спортивный автомобиль.
– Ужасный Тимоти! – определил Хемингуэй.
В дом их впустила вместо Фримби горничная, торопившаяся удрать. Услышав от Хемингуэя, что цель гостей – будуар, она поежилась, заявив, что ее туда калачом не заманишь.
Добавила, что с раннего детства была чувствительной натурой, и озвучила суждение своей матери, мол, с такой впечатлительностью лучше вообще не жить на свете. И она удалилась, чтобы порадовать коллег живым описанием своих симптомов, вызванных появлением на пороге дома полиции.
Старший инспектор и сопровождающие его сотрудники поднялись по лестнице. Пролетом выше Хемингуэй увидел мисс Спеннимур, испуганно жавшуюся к стене.
Через одну руку у нее было перекинуто черное швейное изделие, в другой руке она сжимала нечто неуместное – букет пармских фиалок. Он задержался, вспомнив, что видит ее не впервые за день. Мисс Спеннимур ахнула и зачастила:"
"– Прошу прощения! Я просто спускалась, гляжу – вы, ну, и не захотела мешать. Только не думайте, будто я брожу без дела! Нет, я хотела спросить мисс Бертли, что мне делать.
