Сообщите Гастону, что к ужину я ее не жду, если она не вернется до восьми часов. Боже правый, кто там опять?
– Сказать, что вас нет дома, мадам? – осведомился Фримби, готовясь спуститься в холл и открыть дверь.
– Да. То есть нет! Если это леди Нест, сэр Родерик, мистер Харт, кто-либо еще, я их приму. – И она отошла в сторону, чтобы из двери ее не было видно.
Гость не принадлежал к перечисленным персонам. Однако миссис Хаддингтон, услышав с лестничной площадки ровный голос Годфри Паултона, вышла на свет и промолвила светским тоном:
– Мистер Паултон! Приятный сюрприз! Я как раз говорила дворецкому, что никого не приму, но вы – всегда желанный гость! Дорогая леди Нест не с вами?
Паултон отдал Фримби перчатки и шарф и ответил, задрав голову:
– Добрый вечер, миссис Хаддингтон! Нет, супруга не со мной.
Буду очень признателен, если вы уделите мне несколько минут.
– Разумеется! – сказала она, не переставая улыбаться. – Надеюсь, вы не принесли дурных вестей о ней?
Он двинулся к ней вверх по ступенькам.
Не ответив на вопрос, он сказал:
– Мы можем побеседовать наедине? Надеюсь, я вас долго не задержу.
Миссис Хаддингтон открыла дверь в будуар.
– Вы меня встревожили, мистер Паултон! Входите! Здесь нас никто не потревожит. Знаете, я весь день беспокоюсь за леди Нест. Так на нее не похоже – даже мне не позвонить!
Он проследовал за ней в комнату и закрыл дверь. Фримби вернулся вниз, где, встретив мисс Мапперли, сообщил, что назревает нечто необычное.
– У мистера Паултона нет привычки сюда заглядывать, – заявил он.
– Судя по его виду, он пришел не от нечего делать.
– Не удивительно, – покачала головой мисс Мапперли, – если он пришел объявить, что после случившегося больше не пустит сюда ее светлость! Я видела его на приеме – очень властный джентльмен. Похож на Гэри Гранта, только старше и не такой красавец. Я так и сказала тогда Эльзи. Много бы отдала, чтобы узнать, что он сейчас говорит старой карге!
Однако ни ей, ни Фримби не было суждено выяснить, что говорилось в будуаре.
Беседа была недолгой, звонок, оповестивший дворецкого о готовности гостя уйти, прозвучал минут через двадцать пять.
Выйдя в холл, Фримби увидел неторопливо спускающегося Годфри Паултона. На его бесстрастном лице нельзя было прочитать никаких эмоций. Паултон лаконично поблагодарил Фримби, помогшего ему одеться, принял у него перчатки и шляпу и направился к своей машине. Выпрыгнувший оттуда водитель распахнул перед ним дверцу.
