Почему она хочет работать?
Понимая теперь намерения отца и сестры, я продолжаю:"
"– Слушай, папа, я уверена, что Ракель с тобой очень счастлива и благодарна за все, что ты можешь для нее сделать. Но она не собирается оставаться в Хересе, и ты это знаешь. Когда мы об этом говорили, она сказала тебе, что это всего лишь на время и…
– Но что она собирается делать сама с девочками в Мадриде? Она была бы здесь, со мной, я заботился бы о ней и знал бы, что с ними тремя все в порядке.
Я невольно улыбаюсь: отец – такой же суперзащитник, как и Эрик.
И смиренно добавляю:
– Папа… Ракель должна вернуться к нормальной жизни. И если она останется с тобой в Хересе, то не скоро заживет, как раньше. Разве ты не понимаешь?
Мой отец – самый добрый и щедрый человек во всем мире, и я его понимаю. Но понимаю и сестру. Ей хочется вырваться вперед. Зная ее, я уверена, что она этого добьется. И надеюсь, что это будет не с Хесусом.
Минут через сорок пять я прощаюсь с отцом и иду в буфет набивать желудок.
Все очень вкусное, и мне приходится туго. Ах, ну еще немножечко! Наевшись, направляюсь на пляж в своем неоново-зеленом купальнике, в котором выгляжу еще более смуглой. Выйдя на пляж, ищу взглядом свободный шезлонг с зонтиком. Нахожу, иду к нему и падаю в него.
Обожаю солнце!
Достаю iPod, надеваю наушники и включаю песню своего любимого Пабло Альборана:
Если море разделяет континенты, то нас разделяют сотни морей.
Если бы я мог быть смелее, то смог бы рассказать о своей любви тебе…
Из-за которой мой голос тает в этой песне.
Вот так говорит мое сердце.
Меня называют безумцем за то, что не замечаю, как мало ты мне даешь.
Меня называют безумцем за то, что прошу у луны о тебе за окном.
Меня называют безумцем, если я ошибаюсь и нехотя тебя вспоминаю.
Меня называют безумцем за то, что воспоминания о тебе сжигают мое тело.
Безумец… безумец… безумец… безумец… безуме-е-е-ец[4].
Я напеваю и наблюдаю за тем, как накатываются волны.
Это самая подходящая песня, чтобы наблюдать за морем!
Наслаждаясь чудесным моментом, с улыбкой открываю книгу. Иногда я могу одновременно читать и напевать. Редко, но умею. Однако минут через двадцать, когда Пабло поет «Жизнь в розовом цвете», у меня начинают слипаться глаза, и под легкий бриз я закрываю книгу. Сама того не замечая, погружаюсь в объятия сна. Не знаю, сколько я проспала. Внезапно слышу:
– Сеньорита… сеньорита…
Открываю глаза.
![Обложка книги Что такое не везет, или Приемы самообороны[СИ]](/uploads/posts/images/6/chto-takoe-ne-vezet-ili-priemy-samooborony-si-1.jpg)
