— И это дружеское напоминание, господа. Не играйте с тем, чего не сможете контролировать.
— Извините, Павел Филиппович. Это была не самая удачная шутка.
— А что у вас за спиной? — нахмурился я и когда все резко обернулись, продолжил, — Вот это не самая удачная шутка. Ощущаете разницу?
Не дожидаясь ответа, я пошел к выходу и услышал шепот уже знакомого мне призрака в кепке:
— У него в кармане ключ от сейфа. Он забыл его вернуть.
— Уважаемый офицер, — бросил я, когда уже стоял у входной двери, — мои друзья рассказали, что в вашем кармане лежит то, что положено отдать коллеге.
Не ровен час, кому-то за это влетит.
Шутник ощупал полу куртки и побледнел до состояния выбеленной стены. Он ухватился за плечо приятеля, который напряженно смотрел в мою сторону.
— Спасибо, — одними губами произнес я для призрака.
— Их страх такой вкусный, — пробормотал тот, улыбнулся и растворился в воздухе.
Внутри было немного людей. Я прошел к дежурному и продемонстрировал удостоверение.
— Мне позвонили и сообщили, что надо оформить освобождение Евсеева.
— Конечно, — мужчина закивал и покосился в сторону, словно ожидал кого-то.
Из коридора вывернул уже знакомый мне парень и завидев меня широко улыбнулся:
— Господин Чехов, какими судьбами?
Следователь словно нарочно не стал называть меня по имени и отчеству.
— Дмитрий Иванов, здравы будьте, — я намеренно отметил, что дополнения к имени у него нет. Пока нет. И было бы справедливо, если бы парень как можно дольше не знал, что стал наследником своего отца.
— Вы по делам?
— Мне позвонили по поводу моего подзащитного.
— Не везет вам с клиентами, мастер Чехов. То цыган Залежный укравший собаку. То забулдыга Евсеев…
— Осторожнее, Дмитрий, — оборвал я веселящегося Иванова. — Вы сейчас клевещете на достойного подданного империи.
— Что?
— Антон Залежный передал собаку владелице, у которой та сбежала. Произошло это не далее как вчера вечером в ресторане «Лунный свет» при свидетелях. И насколько я знаю, Жанский проспался и понял, что заявление подал напрасно.
Он ошибся и признал это.
— Ловко вы все все выкрутили, — пробормотал покрасневший парень. — Небось убедили жертву, что у Евсеева нет зубов?
— Пострадавший мастер Федот оказался человеком незлобивым и простил моего подзащитного ради Искупителя, — я осенил себя священным знаком и поднял глаза к потолку.
Боковым зрением заметил, как мое движение повторил дежурный.
— Но он пока не отпущен, — колко продолжил Дмитрий.
