Смотрит пытливо, ждет, что скажу, а я… – Ты ведь не жалеешь?
Меня волнует эта тема очень. Это мне тридцать, и я давно мечтал о семье. Тем более в принцессу влюбился, расклад случившихся событий мне очень импонирует.
Но каково ей? Она делает вид, что все прекрасно или она правда в порядке?
– Уже нет, – говорит она. Значит, жалела. О чем конкретно, стоит спрашивать? – Я сначала очень испугалась, правда. Мне было так страшно… Что делать, как жить, что вообще дальше будет. Боялась очень твоей реакции, того, что не справлюсь.
Много мыслей было в голове, первые часы вообще ничего не могла понять.
– А сейчас?
– А сейчас поняла, что с тобой ничего не страшно, и… И я тоже в тебя влюбилась, Мирослав, просто без памяти. Не знаю, как ты умудрился из несносного босса стать любимым мужчиной, но у тебя получилось.
– Я хороший босс, – смотрю на нее с прищуром. Шутит, засранка?
– Невыносимый, порой самодур.
– Буду радоваться тому, что как мужчина я тебя устраиваю больше, чем босс. Несмотря на то что я отличный начальник!
– Ага, – хихикает она, а потом тянется и сама оставляет поцелуй на моих губах.
Ну вот… Теперь втройне счастлив. И пофиг уже, какой я там босс…
Эпилог. Соня
Анет Сай – С ветром
Я не понимаю. Вот этот шарик, который образовался вместо моего плоского живота, это следствие пятнадцатой недели беременности или булочек, которые я лопаю по ночам, потому что у Демида в кофейне их делают ну слишком уж вкусными?
Верчусь перед зеркалом в ванной, задрав майку под грудь, и правда не могу понять. Вот у Еськи уже отчетливо виден животик, хотя у нее всего на несколько недель больше, чем у меня, а тут… Непонятно вообще, то ли беременна, то ли все-таки надо зашить рот.
Поворачиваюсь боком, кладу руки ниже пупка, расслабляюсь, выдыхаю. Ну, живот! В такой позе прямо кругленький… А от булочек не живот. От булочек у меня джинсы с трудом на бедра натягиваются.
Ох, господи. Как сложно быть женщиной!
Мы опаздываем на работу, хотя Мирослав не очень хотел, чтобы я работала, это я настояла. И вместо того чтобы собираться, я стою перед зеркалом и рассматриваю живот.
На самом деле хочется уже побыть шариком, странное желание, да? Просто такое ощущение, что я окончательно осознаю, что беременна, когда малыш будет пинаться и входить во все комнаты впереди меня в виде огромного живота.
Больше всех мое состояние любит Мишка! Он каждое утро прислоняется носом к животу и пару минут просто сидит вот так, пока я чешу его за ушком.
А Мирослав… Мы пока все еще осторожничаем.
