Там стоит косметика, лежит зеркальце, какие-то недорогие, но все-таки украшения… И он все это трогает, бросает на пол, словно что-то ищет. Ограбить решил? Так было бы что брать. Все сбережения на карте, а вещей дорогих у меня отродясь не было.
А потом я вижу и понимаю, что он искал. Что-то, чем сможет разбить стекло. В его безумных глазах плещется веселье, когда он находит большую тяжелую вазу и идет с ней ко мне, растягивая губы в жуткой улыбке."
"Он замахивается. Ваза… Просто огромная, тяжеленная и, кажется, сделанная из камня ваза летит в мою сторону.
Я успеваю только отпрыгнуть и закрыть уши, когда слышу звон разбитого стекла.
Забиваюсь в угол, закрывая голову руками, и беззвучно плачу. Звон до сих пор стоит в ушах, и я не слышу ничего, кроме этого жуткого звука.
Я не знаю, сколько проходит времени, когда чувствую на плечах чьи-то руки. Мне хочется орать и отбиваться, но до слуха доносится обеспокоенное «Принцесса», и я понимаю, что бояться мне больше нечего.
Поднимаю взгляд и вижу Мирослава Сергеевича.
Он, мягко говоря, в ужасе, а я… Я вообще даже не понимаю, в каком состоянии. Это что-то гораздо хуже простого ужаса. Есть ощущение, что я без шуток схожу с ума.
Осматриваюсь. Все в ужасном состоянии, все раскидано, повсюду стекла, вещи… И мужик лежит посреди комнаты. Без сознания.
– Поехали? – спрашивает меня, и я просто киваю. Поехали. Только бы быстрее отсюда уйти.
Глава 12. Мирослав
Akmal’ – Окна
Нет таких слов, которыми можно было бы хотя бы немного похоже описать мои эмоции.
Их просто не существует в природе. Ни на каком языке мира.
Повезло, что я не успел уехать. Только-только выехал со двора, когда Соня вся в слезах позвонила. Я пока бежал к ней, придумал уже все самое страшное, что только могло быть.
Залетел в квартиру – а там картина маслом. Полно каких-то непонятных людей, клубы дыма от сигарет, противный смех, запах алкоголя. А потом звук. Стремный звук, грохот разбивающегося стекла.
Я сразу полетел туда и как в тумане схватил какого-то мудака за руку, откинул его от балкона, на котором, свернувшись в клубочек, сидела Соня.
Он ударился головой обо что-то и отрубился сразу же, но мне в целом было плевать, даже если он от этой травмы на месте сдох бы.
От происходившего вокруг кошмара дыбом стояли волосы. Как люди, родные люди, могут спокойно бухать, когда в соседней комнате чуть не убивают девчонку? Мне хотелось орать на всех и выкидывать с балкона, но первой задачей была Соня. Испуганная, заплаканная, маленькая.
