Не тот уровень у ее мужа, чтобы с самим Волковым тягаться. С другой стороны, что ей оставалось делать? Что она должна была ему сказать? Что у нее после него никого не было? Что она уже почти год без секса? Что кроме него ни один мужчина до нее не дотрагивался? Ну, уж нет. Она не станет перед ним унижаться и лишний раз тешить его и без нее раздутое мужское эго.
Для нее самой оскорбителен тот факт, что Алиса до сих пор вздрагивает и ее дыхание учащается, а чувства обостряются, когда Руслан подходит к ней слишком близко.
После стольких его измен, после огромной боли, перенесенной по его милости, Алиса до сих пор даже представить себя не могла с другим мужчиной. Она хотела Руслана, Алиса, как и прежде, его любила и за это себя ненавидела. Но признаться ему было ниже ее достоинства. Еще чего. Пусть думает что хочет."
"Пытаясь успокоиться и забыться, Алиса начала рассматривать документы у себя на столе. Она готовила очередное шоу. Нужно все обдумать и спланировать. Алиса не хотела повторяться, поэтому необходимо было применить все свои креативные способности, чтобы придумать что-то новое и интересное для публики.
Такое никто еще не делал в городе. Через час неожиданно раздался звонок мобильного. Звонил Волков:
– Алиса Дмитриевна, я сейчас не очень понял. Почему мне звонит Барин, орет на меня и грозится убить за то, что мы с вами любовники? ― с одной стороны несколько удивленно, с другой ― посмеиваясь, спросил Волков.
– О боже, ― от стыда Алиса была готова провалиться сквозь землю. ― Извините, пожалуйста, Станислав Георгиевич.
Руслан немного не в себе.
– Это я уже заметил, ― ухмыльнулся Волков. Его, кажется, забавляла эта ситуация.
Ну, хоть не злится, и на том спасибо. ― Алиса Дмитриевна, что у вас там происходит? Брачные игры?
– Скорее масштабная кровопролитная война, вдобавок ко всему прочему, кажется, ядерная, ― обреченно вздохнула Алиса. Волков хмыкнул. ― Станислав Георгиевич, к приезду ваших итальянцев все готово. Примем на высшем уровне, как и договаривались. Извините еще раз, мне очень неудобно за такую несуразную ситуацию.
– Не страшно. Ну, Алиса Дмитриевна, вы прямо не женщина, а чудо какое-то! Дня не проходит, как вы мне даете повод позлить своего благоверного. Окупаете мою протекцию прямо сверх меры. Я уже боюсь, что в долгу останусь, ― кажется, он откровенно ржал над ними сейчас. ― Да, и еще: к вам завтра Аня заедет, хочет обсудить ваше с ней сотрудничество.
– Да, конечно, Станислав Георгиевич, я завтра в офисе буду целый день.
