– Заткнись. И запомни. Я все равно его найду. И убью, ― отрезал Руслан.
– Дорогой, так, может, мне тоже стоит поубивать всех твоих шалав? Хотя, слишком много трупов. Не хочу сидеть пожизненно из-за того, что ты свой член удержать в штанах не смог, ― решила съязвить Алиса. Она че, реально думает, что это смешно?
– Алиса, я ж его не на словах, я ж его реально убью, ― пригрозил Руслан. А вот здесь он не шутил. Найдет ублюдка и прикончит. Ее не тронет. Не сможет. А гада придушит голыми руками.
– Кого? Волкова? Ну, давай! Рискни.
Только вряд ли у тебя получится. Не по Сеньке шапка, дорогой, – рассмеялась ему в лицо Алиса.
– Ты не могла… ― Баринов был в шоке.
– Отчего же? Баринов, ты что, тупой или маленький? Не знаешь, как это делается? Подожди… а ты как думал, я крышу от Волкова получила? Песню, что ли, ему спела? Когда влиятельный мужчина оказывает покровительство женщине, это всегда означает, что она с ним спит. Тебе ли это не знать? Скольким певичкам ты дал входной билет на сцену? Так чего ты бесишься? Вы теперь с ним квиты.
Ты ж тоже с его женщиной спал? – эта наглая зараза в лицо ему призналась, что мало того, что изменила ему, так еще и выбрала того, с кем он тягаться не может.
– Дрянь, – прошептал разозленный Баринов.
– Кобель, ― вторила ему Алиса.
– Сука.
– Ублюдок.
– Стерва.
– Козел.
– Шлюха.
– Вот и поговорили. И если у тебя всё, то извини, но мне надо работать, ― отрезала Алиса, давая понять, что взаимный обмен оскорблениями закончен. ― И подпиши, наконец, документы о разводе! ― проорала она вслед вылетающему из ее кабинета Руслану.
В бешенстве он хлопнул дверью с такой силой, что та едва не слетела с петель. Плохо же жена его изучила за десять лет совместной жизни, если думает, что Барин ей измену спустит за просто так! Ой, как Лисенок не права!
После его ухода, Алиса рухнула в кресло. Зря она ему соврала, конечно. С другой стороны, может, хоть теперь он от нее отстанет по поводу любовников. И с какой стати он так взбеленился? У него и самого рыльце в пушку.
Не имеет он права вламываться к ней и орать на нее в приступе неожиданного припадка ревности. Да и какая ему разница! Ему же все равно. Только… Алиса не могла не заметила боль в его глазах. Так она этого же добивалась: чтобы ему стало так же больно, как и ей? Ведь так? Алиса должна быть счастлива, что ему больно. Отчего же ей совсем не радостно?
Все-таки зря она это учудила. Имя Волкова назвала. Нет, Руслан ему ничего не сделает.
