А через… ну, не знаю, через неделю или около того начнем. Давай?
— Встречаться? — опешил он.
— Да! Сейчас мы не вместе, просто друзья, и…
— После того, как я побывал у тебя в трусах, мы друзья? — улыбнулся он.
— Мы друзья. Пройдет немного времени, это же и правда немного. И мы станем встречаться. Со всеми вытекающими, — обошла стол, и села напротив Руслана.
Он смотрит на меня, и взгляд его… что-то он мне не нравится. Насмехается, и даже не пытается этого скрыть.
— Что за детский сад? — наконец, выдал Рус.
— Это моё условие.
— Это полная хрень, — хохотнул он. — Сама-то себя слышишь? Я не школьник, чтобы дни считать до того, как мы «встречаться» начнем. Ты — моя женщина, какая к черту дружба? А через неделю что — мы перестанем дружить, и сразу можно трахаться? Люба, мать твою, ты что, прибухнула, пока меня не было?
— Я так хочу. Только так, — нахмурилась, демонстрируя свою решимость. — Нельзя немного потерпеть?
— Можно, если в этом есть смысл. Но ты меня не боялась, ты меня хочешь.
Ты готова. Я не мальчик, и давно. Почувствовал это. А теперь твои слова про дружбу на неделю… большего бреда я давненько не слышал."
"Смотрю на него. Вроде не обиделся, но озадачен, и посмеивается надо мной. А вот мне не до смеха. Неправильно это будет, если мы с Русланом будем встречаться, целоваться, а потом я пойду и ноги перед другим раздвину. Вроде и не измена, но… фу. Лучше отмучиться, не врать Русу, а потом уже с ним быть, не гадая, считать ли продажу себя изменой, или не считать, раз это за деньги и без удовольствия.
— Ну вот. Этот бред я тебе озвучила. Я только так могу.
— Значит, дружба? — сложил он руки на груди, и я решительно кивнула. — А пока мы дружим, я могу трахаться с другими?
Это он спросил всё с той же насмешкой, будто в шутку. Снова. А мне… больно мне. Представила его с той же Лерой, и сразу захотелось ей волосы выдрать, а Руслана просто прибить. Но он имеет право… да, имеет…
— Ты можешь в это время спать с другими. Только я об этом не должна знать, — тихо ответила ему.
И насмешки не осталось. Руслан серьезен, вглядывается в меня пытливо. Так внимательно, что я буквально слышу и чувствую, как на меня падают обломки стен, которые я сама же и возвела. Не вскрывай их, Рус, не нужно! Лучше тебе не знать, что за ними прячется, поверь…
— Ты серьезно, Люба? Пиздец какой-то, — он резко поднялся, и начал застегивать джинсы. А затем уперся кулаками в стол, сминая рисунки Дианы, и навис надо мной.
