Ей-то точно не приходится собой торговать. Может, и парень нормальный есть, а не как мой барыга… ой, как он там, интересно? Тьфу, только сейчас вспомнила.
Обратно мы с сестрой пошли пешком. Остановились у контейнера с мороженым, и я выполнила свое обещание — купила Диане её любимое, а сама залипла в телефоне.
«Привет. Ты как? Отпустили, или…» — написала Сереже.
— Идем? — подала голос Диана.
Опустила взгляд на сестру, и улыбнулась — весь нос в мороженом. Стерла с её личика липкую сладость, взяла за руку, и мы пошли к дому.
Про Сережу я снова забыла, все мысли, даже не мысли а почти молитвы о том, чтобы мы ночевали одни. Раньше, когда мама в загулы отправлялась, я ходила её искать. И притаскивала ведь домой. Зимой ходила, и Диану за собой таскала по всяким притонам, идиотка. Сейчас точно не пойду, лишь выдохну с облегчением, что мы целый день без родственников проведем.
Хоть бы!"
"«Всё норм, малёха морду подрихтовали в обезъяннике. Уже дома. Соскучилась?» — пришел ответ от Серого, когда мы уже почти дошли до барака.
Пфф. Ну да, скучаю, аж не могу.
«Наш клуб, надеюсь, не прикрыли» — написала я Сереже.
Упаси Боже. А ведь если наркоту нашли, то могут и прикрыть это чудное заведение.
«Без понятия» — пришел короткий ответ.
Обиделся — поняла я. Нужно было написать, что соскучилась. Хотя… фиг бы с ним.
Домой я вошла, как обычно, затаив дыхание. Это уже привычка. И застала нас блаженная тишина — Бог мои молитвы услышал впервые в жизни. Никого! Мы одни!
— Поиграем? — Диана зевнула, осоловев от жары.
— Потом. Давай поспим сейчас.
— Я не хочу спать, — сестра потерла глаза кулачками.
Села перед ней, сняла обувку, подняла на руки, и понесла в спальню. Заснула Диана до того, как я положила её на нашу кровать. Постояла над ней пару минут, и пошла на кухню. Ненавижу это место, и домом не считаю, но это не повод жить в свинарнике. Я включила музыку на минимальную громкость, и занялась уборкой. Загадят, конечно, как вернутся, но хоть денёк здесь будет чисто.
Отдраила холодильник, плиту, смыла с кафеля брызги жира от нелюбимых мной котлет, которые вечно жарит мама, и музыка, льющаяся из моего телефона, оборвалась.
Вместо нее раздался звонок.
«Ангелина. Работа» — увидела я на дисплее. Быстро смыла с рук пену, и приняла вызов.
— Алло.
— Привет. Люба, скажу как есть, без лирических отступлений — приходи за расчётом. Ты у нас больше не работаешь. На карту перекинуть не смогу — мониторят нас, так что до трех утра приходи в клуб.
