— Привет, День. Я свободна, можешь подъезжать.
— Я уже здесь, выходи.
Беру сумку, со всеми прощаюсь и выхожу. В голове шумит, иду просто на автопилоте. Немного прихожу в себя, когда Денис крепко обнимает в знак приветствия.
— Отомри, — произносит негромко, — Что с тобой?
— Я решила уволиться.
— Оу. Серьезно, в который раз? — спрашивает с улыбкой.
— В этот раз я написала заявление, — немного его удивляю.
— Намечен прогресс. Поехали, — подталкивает легонько к открытой дверце машины, — Расскажешь за ужином.
Спустя час, Денис, крепко схватив мою руку и специально бурча себе под нос что — то вроде «Что за баба неуправляемая», тащит меня в двери одного из самых дорогих ресторанов города. Изощрённое наказание, он один из немногих, кто знает, я не люблю пафосные места, не могу там расслабиться, чувствую себя неуверенно. Теряюсь попросту. Однако каждый его приезд сопровождается таким походом.
— Сейчас упаду. Ты не заметил, я на каблуках. Мне тяжело, — пытаюсь вырвать свою руку.
Он резко оборачивается:
— Серьезно? Что же каблуки не помешали тебе полезть на ту сраную тарзанку? — резко бросает, но глаза как всегда смотрят по — доброму.
— Там я разулась.
— Это меняет дело. Конечно, — усмехается, и подталкивает меня к двери.
Осталось еще и здесь свалиться на пол. Я рассказывала, как в первый год службы упала на колене на ступеньках, ведущих в здание? Было очень забавно. Дважды. И тогда я была не на каблуках даже, что могут подтвердить человек двадцать свидетелей, просто опаздывала, что для меня явление редкое и волнительное.
Во избежание казуса сжимаю ладонь Дениса сильнее, и смотрю исключительно под ноги.
— Добрый вечер, — слышится приятный голос хостес, — Вы будете вдвоем?
— Здравствуйте, девушка, — отзывается стоящий за моей спиной Денис, — Да, двое.
— Добрый вечер, — отмираю.
— Пройдемте, покажу вам возможные варианты посадки, — девочка оказывается на редкость милой. Нетипичный для города сервис.
— Тащи свои спички, если споткнёшься — поймаю, — шепчет на ухо.
Снова напрягаюсь, не хотелось бы такого варианта.
— Не спички они. К сожалению, — вздыхаю.
— Ну не знаю, ты не показываешь, — делает грустное выражение, — А на слово я не верю, — подмигивает.
Пустых столов достаточно много, но все они зарезервированы. Мысленно прошу, пусть не будет свободных. Прекрасно понимаю, нам бы об этом сказали на входе. Когда в глубине зала для нас находят столик, в уютном уголке, я выдыхаю, он почти не просматривается.
