Пара шагов, присаживаюсь рядом с ней на корточки. Поднимаю тест с пола. Точно, уже больше трех беременна. В мозгах штиль наступает, я не могу воспринимать действительность адекватно.
— Думаешь, я вас отпущу? — усмехаюсь, обхватывая её колени лапами своими.
Сам виноват. Столько времени всё момент оттягивал, что это, если не трусость? В том, что она меня любит, сомнений нет точно. Эти чувства хоть руками трогай. А вот в том, что я её… в это она хочет верить. Часто признаваться в любви я не стану, такай вот я человек.
Блин, но заказать кольцо и таскать его полгода, так и не сделав предложение — верх идиотизма.
Наклоняюсь, целую её колени, по очереди. Встаю и выхожу из ванной. Возвращаюсь быстро, Ия сидит точно так же, словно из камня, даже не дышит. Не представляю, как её сейчас страшно. Дети, беременность, её слабое место, она так боится не справиться, ошибиться, сделать что — то не так.
Отрываю её руку от лица, ужасно холодная. Сажусь на плитку перед ней, открываю одной рукой коробочку, второй грею её ледяные пальцы.
Кольцо достаю, оставляя при этом коробку на полу, одеваю кольцо на её безымянный палец, тут же целую. Малыш замерла. Не ожидала. Я сам от себя не ожидал, это же надо про***ть столько возможностей, чтоб сделать предложение в ванной комнате, сидя на полу. Илья бы поржал.
— Иди ко мне, — тяну её на себя за руку. Ия смотрит мне в глаза, не моргая, при этом послушно встает и садится мне на колени, — Люблю тебя очень, — шепчу ей в волосы, — Не так всё должно было быть. Ты заслуживаешь совершенно другого.
Мне так не хотелось тратить время на ненужную суету, я даже не подумал, что ты из — за этого придумаешь себе черти чего — приподнимаю пальцами её лицо повыше, по щекам слезы катятся, выжигая мне сердце, — Ты моя. Навсегда только моя, понимаешь? — тут же кивает, тянется за шею обнять.
Эпилог
Молча наблюдаю за тем, как Илья, развалившись в кресле, справа от меня, лениво и в тоже время внимательно листает свадебный альбом, наш с Ией.
— Ты зачем его из дома забрал? Любоваться? — спрашивает, не отрывая взгляда от страниц.
— Пока дела неплохо обстоят, — всё чаще Илья напоминает мне о том, что я работать стал меньше, — Заказал их побольше. Это мой экземпляр, дома другие.
— Вот уж не думал, что ты таким сентиментальным станешь. Помнится мне, всё деньги ей втюхать пытался, — посмеивается, а я морщусь.
Да уж, дурак. Так бывает. Был не прав. Сложно было представить, что после сорока могут резко вспыхнуть доселе неизвестные чувства.
