Двое белых на вид более менее, у рыжего уши ободраны, нос черный, глаз гноем заплыл.
— Они меня заставили, так и зафиксируйте в протоколе, — произносит не громко, вроде бы шутит, но чуть не плачет. Рыжий жалобно мяукает, Ия морщится с болью.
— Пап, мы решили питомцами обзавестись, — уверенно Вадим произносит. Глаза Ильи из орбит вылетают.
— С каких пор ты у меня жалостливым стал.
— С этих самых, — бойко отвечает, — Посмотри на них. У нас кто — то выкинул.
— А ты всё элитный поселок, элитный поселок, — не удерживаюсь, Илья ещё больше напрягается.
— Давай мы купим тебе нормального, — соглашается нехотя.
Наклоняюсь к другу.
— Что ты мне сейчас об искренности и добродетели говорил, — да уж, все мы такие, хотим всего безпроблемного.
— Пап, мы этих оставим.
Илья вздыхает в знак согласия, протяжно и тяжело.
— Благодеяния, похоже заразны, — смотрит на Ию, — Тебе одежду не жалко портить? Красивая вещица была, переводит взгляд на приплод.
— У меня их столько. Одним больше, одним меньше не страшно.
— Ты меня удивляешь, — Илью отпускает, начинает смеяться, — Я думал у вас «много вещей» в принципе понятие, как таковое отсутствует.
Ия пожимает плечами.
— Моим девочкам, кстати, понравился твой гардероб, — Ия быстренько соображает, что ещё за девочки были такие, понимание в её глазах отражается, — Просили контакты узнать.
— Тот костюм, в котором на совещании была, мне девочка наша местная шила. Почти вся рабочка от нее, ручки у нее золотые. Мы с ней познакомились давно уже, немного ей помогла когда — то, теперь вне очереди меня принимает, — говорит легко и шутливо, но я эту историю знаю, при мне она ей вещи привозила.
Общительная мадам, десять раз сообщила, что мне мега как повезло.
— Спасла от бандитов? — Илья всегда не в меру любопытен.
— От приставов, — смеется, — Госслужащие похоже будут. Вы бы знали как в конце года имущественные налоги выбивать приходилось. Не удивлюсь, если моя кукла вуду у кого — то теперь имеется.
Далее начинается устройство котят. Ия с Вадимом всё организуют, обрабатывают глаза и уши.
Решили, что к ветеринару уже завтра поедут.
— Можно мы рыжего заберем себе? — ко мне подходит Егор, — Он сдохнет без мамы. Обещаю, сам буду за ним смотреть. Честное слово.
— Давай у мамы твоей спросим, помнишь же, она инстанция высшая, — чем больше общаюсь с этим парнем, тем он мне роднее становится. Странное дело.
— Она сказала нельзя. Но она к вам домой его везти боится. Мы же сначала к вам, потом только к себе.
