— Может у тебя квартира не солнечная?
— Ага, и аура тяжелая, энергетика темная. Буду к тебе приходить, любоваться, — резюмирую.
— Ты прости, у меня правда из головы вчера вечером вылетело. Хотела с вечера собрать."
"— Всё нормально, не торопись. Я никуда не спешу, — оказывается не так уж и плохо бездельничать.
Проснулась утром, Макар к тому времени уже уехал. Егор проснулся попозже, позавтракали с ним вместе. Потом они с Аней и Аришей на море собрались, а я вот за цветами и на работу.
— Девочки сказали, что ты уволилась.
Правда?
— Недавно, — не слишком хочется обсуждать.
С легкой руки Макара, меня особо не дергали. Не знаю, как уж он всё решил, обычно у нас красиво не уходят. А тут меня даже с решением по проверке никто не дергал.
— Очень жаль. Ия, правда, — знакомая смотрит в глаза, — Блин, ты человечная что — ли. До знакомства с тобой, я платила, чтоб сумму задолженности мне сообщили. Просто сумму, ты представляешь? — всплескивает руками, мол, как же так.
Для меня это дико.
Еще много лет назад, когда в Питере работала, такого уже так не наблюдалось. Всё ведь автоматизировано, да и просто труда не составляет.
— Если что, звони. Девочки мои скинут.
— Спасибо, — очень эмоциональная девушка, любит держать зрительный контакт. А мне бы букетик свой быстрей получить и дальше по маршруту, — Ты замуж выходишь? — вот уж этого вопроса не ожидала. Видя мой растерянный вид Ева спохватывается, — Лишнее болтаю, наверно, — да уж есть немного, — Тебя просто с мужчиной каким — то в городе видели.
Сестра сказала на вид очень солидный, даже внушительный, — говорит очень быстро, будто оправдывается, — Вечно наши что — то болтают, — суетясь, задевает банку со шпажками, та падает на пол.
— Ев, успокойся, всё хорошо. Может и видели, мне всё равно. Я тебя отвлекаю? Могу снаружи подождать.
— Нет, нет, что ты. Я почти закончила, красоту сейчас наведу и готово, — руки у нее золотые, всегда получается стильно и аккуратно.
Когда выхожу, Ева придерживает мне дверь.
Мы с ней прощаемся. В этот момент Эдуард меня замечает, из автомобиля буквально выскакивает.
— Ия Игоревна, вы почему не сказали, что тяжелое будет. Я бы помог, — забирает у меня одну из коробок.
— Они не тяжелые, — говорю сущую правду, — Две разве что держать неудобно. Заедем с тобой ещё за пирожными?
— Заедем везде, куда только скажите. Если надо я сам всё куплю.
— Спасибо за заботу, но я и так перестала что — либо сама делать.
