Я же просто сгораю, наблюдая за его действиями. Мне подобная открытость никогда свойственна не была. Даже когда мне было семнадцать, и любовь к Егору была главным «хобби» моей жизни, особо откровенных вещей я не делала.
— Краснеешь улетно, — говорит Макар и подмигивает. Выглядит он откровенно довольным собой."
"Ещё бы, не сильно — то я и ломалась. Стоило только увидеть меня в крови перепачканной и после этого захотеть в гости прийти. Ждала его и в тоже время не верила, зачем это может быть надо такому человеку как Макар? Не хочу даже думать об этом.
Плетусь в прихожую, параллельно натягивая платье на плечи, в зеркале замечаю свой вид и резко отворачиваюсь. Странно для моего возраста так сильно смущаться. Телефон звонит снова, отвечаю мгновенно.
— Привет, мой родной. Как отдыхается?
— Мама! — какой же он шумный, спросонья звонкий голос Егора колоколом в моей голове отдается, — Как я соскучился! Почему ты трубку не берешь? Я звонил. И видео тебе отправили. Ты посмотрела? — тараторит.
— Малыш, я уснула.
Сейчас посмотрю.
— Аня сказала, ты плохо себя чувствуешь? Опять голова? — по голосу кажется, что мой малолетний сын собрался меня ругать.
— Уже лучше, упала на днях. Представляешь, на электросамокате задели, — усмехаюсь. Егору они очень нравятся.
— Хорошо, что ты мне не купила, — резюмирует вполне себе серьезно, — Уже зажило? Когда ты приедешь?
— Егор, я не знаю. Мы же с тобой договаривались, что вы без меня отдохнете.
— Ну, ты же свободна, — сын давит интонациями. Я очень хочу к нему, но внутренне меня тормозят тревожные чувства, я будто бы знаю, что не стоит ехать туда.
***
Ия стоит рядом с комодом, прижав телефон плечом к уху. Пальцами водит по лепесткам цветов. Картина меня завораживает. Реально дар речи теряю. Второй раз за день. Платье прекрасно подчеркивает тонкую талию и узкую спину, которая виднее в вырезе. Когда касался её думал, сдохну от счастья. Судя по диалогу, сын упрашивает маму приехать.
— Скажи ему, что к ночи приедем, — приблизившись, шепчу ей на ухо.
Ия поднимает голову, взгляды в зеркале встречаются. Еле заметно кивает. Следом обещает сыну приехать. В голове крутится мысль — она уникальна. Разница между Ией домашней и Ией на работе — колоссальная. Сейчас я вижу нежный хрупкий цветочек. Когда ехал сюда, даже не думал, что она может быть такой. До этого я видел ее только замкнуто — отстраненной. К концу их беседы я уже обнимаю их, за талию, прижимая к себе. Она же откидывает голову мне на плечо и прикрывает глаза.
