Это равносильно физиотерапии, благодаря которой люди учатся заново держать в руке ложку, ходить и бегать, выполнять упражнения, чтобы привести истощенное тело в тонус. Так и с любовью. Ее нужно тренировать, поддерживать в ней энергию, иначе зачахнет. Через множество «но».
Терапия не учит меня заново любить мужа. Она помогает не забывать про важность возвращения любви в охладевший, темный и пустой дом. В мое сердце.
Хотя после смерти нашей Ксюни так относительно спокойно было не всегда. Глубокую привязанность и теплоту к Матвею помрачили другие чувства.
Ими — хаотичными, выжигающими каленым железом эмоциями — кишело все и везде. Несколько месяцев назад мы не говорили друг другу: «Я тебя люблю». Еще недавно мы кричали: «Я тебя ненавижу!». За то, что боль одного отличалась от боли другого. За то, что первый не проявлял тех эмоций, которые необходимы были второму. И не смели друг друга тронуть, потому что это отзывалось сумасшедшей физической болью, словно каждый сантиметр тела был покрыт черными, кровоточащими ожогами.
Но то была не искренняя ненависть, а страх, печаль, тоска. Все вместе они сливались в картину неприязни и отторжения.
Мы не спали вместе, не смотрели друг на друга. Перестали быть мужем и женой, превратившись в блуждающие и дышащие напоминания о том, что не сумели сберечь самое ценное. Как ни странно, именно чувство вины вновь объединило нас, и мы прочно за него ухватились. Просто альтернатив не оставалось, а разваливать брак никто не хотел.
Шаг за шагом ползли к пониманию, что лучше сгинем, чем разлучимся.
..
***
Наши дни
В квартире я не задерживаюсь. Даже думать лень, чего намеревался добиться Матвей, устраивая романтический ужин, на который, ко всему прочему, не явился.
Раскладываю кое-какие пожитки по чемоданам, заполняю пустоту багажника и поднимаюсь обратно. Захожу в комнату Ксюши, беру запылившегося розового дракона, парочку фотоальбомов, и ухожу. Возвращаюсь в больницу, игнорируя вопросительные взоры персонала. Пересуды неизбежны. Плевать.
Приготовив спальное место, накидываю поверх блузки белый халат и отправляюсь на внеплановый обход.
Глава 14 Матвей
Юля начинает отходить от наркоза в третьем часу ночи. Рядом кружат медсестры, а прямо за ними маячим мы с Марго. Врач дает нам указания для наблюдения за состоянием малышки. Все протекает более чем хорошо. К утру к Юле возвращается внятная речь, она реагирует на наши с Марго голоса и дает односложные ответы. Иногда рассуждает о том, что видела, пока спала.
