В его глазах отражается удивление, но он послушно выполняет мою просьбу и покидает палату.
— У вас очень маленький срок, — после секундной паузы говорит мужчина. — Вам нужно обязательно следить за своим состоянием.
— Значит, малыш… — чувствую, как на глазах выступают слезы.
— Все в порядке, — улыбается он.
— Спасибо, — отвечаю улыбкой.
— Завтра вам нужно будет сдать еще несколько анализов. Если они будут хорошими, думаю, к концу недели мы сможем вас отпустить, — говорит доктор.
— Хорошо, — тихо говорю я. — Алексей Андреевич, по поводу мужчины, который только что заходил сюда…
— Да?
— Не сообщайте ему, пожалуйста, ничего.
— Если он не является родственником…
— Нет, он не родственник, — перебиваю. — Он просто знакомый.
— Тогда про свое состояние вы расскажете сами. Если посчитаете нужным. Мы не вправе давать подобную информацию, — серьезно говорит он. — Отдыхайте.
— Спасибо.
Как только Алексей Андреевич переступает порог палаты, Матвей тут же оказывается рядом. Мужчина садится на стул и тянет пальцы к моей руке, но я резко одерживаю ее.
— Марго, как ты чувствуешь себя? — спрашивает он.
— Лучше, чем когда увидела тебя с Полиной, — я отвожу глаза в сторону.
— Это не то, что ты подумала. Полина болеет… — начинает он, но я резко обрываю его:
— И ты решил выступить в качестве врача, Градов? — с издевкой говорю я. — А голой она была, наверное, как раз потому что болеет. Ты делал искусственное дыхание?
— Когда ты вошла, я как раз хотел надеть на нее майку. Она упала, я положил ее на кровать.
— Правда? И раздел?"
"— Не нужно было сбегать. Я бы объяснился с тобой на месте, — в его взгляде читается раскаяние, а это может значит только одно.
— Она написала мне сообщение, Матвей. Сказала, что ты вместе с ней.
— Да она просто разыграла спектакль, Марго. Неужели непонятно? А потом ей резко стало плохо. Это связано с аварией… — мужчина резко замолкает. — Нас с ней давно ничего не связывает.
— Тогда почему ты до сих пор не развелся? — почти выкрикиваю я.
— Были некоторые трудности.
Я выжидал время, — быстро отвечает он.
— Ладно, Матвей. Это уже не имеет никакого значения, — я делаю глубокий вдох. — Даже если она нарочно разыграла этот спектакль, чтобы отвадить меня от тебя, то это ничего не меняет. Хватит! С меня довольно! Я больше никогда не хочу видеть тебя в своей жизни. А теперь уйди, пожалуйста, мне нужны тишина и спокойствие.
— Мы с тобой навсегда связаны. Ты носишь под сердцем моего ребенка, — он не двигается с места.
