— Живи как знаешь, Марго, — устала вздыхает она, а затем разворачивается и уходит.
Вернувшись в гостиную, я смотрю на часы, стрелки которых показывают девять вечера. Матвей уже должен был приехать. У меня нет ощущения тревоги или волнения, я уверена, что он приедет сегодня. Беру в руки мобильный, чтобы позвонить ему, но у меня останавливает сообщение от незнакомого номера.
Маргарита, оставь моего мужа в покое. Он не приедет к тебе сегодня. Он находится со мной.
Сердце в груди камнем нюхает вниз, а руки начинают дрожать так, что я едва не роняю телефон.
В груди нарастает гнев, смешанный с обидой, которые выбивают меня из общего равновесия, но я всеми силами и пытаюсь абстрагироваться от них. Получается, мягко говоря, не очень. Пальцы не слушаются меня, но я все же набираю одно единственное слово:
Вранье.
Следом приходит новое сообщение:
Приезжай в отель на Центральной и убедись в правдивости моих слов. Номер 1122.
Обычно я не ведусь на такого рода провокации, однако сейчас мне нужно точно знать, правду ли говорит эта женщина или нет.
Первым делом я набираю номер телефона Матвея, но на том конце провода у меня ждёт разочарование — слышится только длинные гудки.
Я хватаю ключи от своего автомобиля и, накинув на плечи джинсовую куртку, выхожу из квартиры. Дверь удается закрыть только с третьего раза — ключ никак не попадает в замочную скважину."
"Через полчаса останавливаюсь на парковке через дорогу от того самого отеля, о котором говорилось в сообщении. Несколько минут я стою возле машины, не решаясь войти в здание.
Набрав побольше воздуха в лёгкие, я резко выдыхаю, и вхожу внутрь. К счастью, мне удается прошмыгнуть мимо администратора. Лифт доставляет меня до нужного этажа, и я на ватных ногах бреду в конец коридора — именно там находится нужный номер.
Я поворачиваю ручку двери, и она подается. Уверена, что Полина нарочно оставила дверь незапертой. Первое, что я вижу, это стеклянный столик, на котором стоит большая ваза с фруктами, а также бутылка дорогого шампанского и два бокала.
Из соседней комнаты раздаются голоса, принадлежащие мужчине и женщине. Сердце стучит как умалишенная, но ровья выпрыгнуть из груди На минутку мне кажется, что там Матвея нет, но, сделав несколько шагов, я понимаю, как сильно ошибаюсь.
Картина перед моими глазами самая банальная — она лежит на кровати полностью обнаженная, а он сидит рядом, наклонившись к своей жене. Он одет, но я замечаю, что пуговицы на его рубашке расстёгнуты.
