Он и так переводит взгляд с меня на маму и обратно. Он уже боится. Чувствует агрессию и злость. Я провожу рукой ему по волосам, пытаясь успокоить.
— И еще кое-что, — произносит Лина.
— Что?
— Виктор сказал, что я должна выйти замуж за Алекса. Что так будет лучше для всех. Ведь с тобой нам нельзя… Мэт…
Поднимает на меня взгляд. Я смотрю в эти заплаканные глаза.
— И ты согласилась?
— Ради Дани, — кивает. — Я бы согласилась на все. Тем более, когда узнала про нас с тобой. Но я не хотела этого, Мэт! Правда!
С надеждой смотрит в мои глаза.
— Я знаю, знаю, — шепчу ей в волосы.
— Мэт, — тихо произносит Лина, уткнувшись мне в плечо, — можно я спрошу?
— Конечно.
— Твой отец. Владимир. Можно я так буду его называть? Мне так легче.
Одобрительно моргаю.
— Владимир. Как так вышло, что ты старше меня? Ведь он встречался с моей мамой еще до отъезда заграницу. Я не понимаю, Мэт…
— Эх, Лина, — вздыхаю я. — Если бы все было так… То и проблемы бы не было. Мы же не знаем, как было на самом деле. С тех времен остались только два свидетеля.
Ирина и Виктор. Первая знала все со слов сестры, твоей матери. А второй… второй вряд ли расскажет правду. Ты просто забыла. Я рассказывал тебе. Мы переехали в Америку, когда мне пять было. Получается, Владимир уже был женат, когда встречался с твоей матерью… Так бывает. Прости…
Весь день мы проводим вместе. Я внимательно слежу за Данилой. Ну, здоровый пацан! Откуда в нем болячки?! Выйдя на кухню, звоню и договариваюсь со знакомым врачом об обследовании сына.
Сына.
Я постепенно называю его про себя именно так. Уже не по имени, а сыном. Когда же я скажу это вслух? Как он отнесется к этому?
За день Данила так устает, что вырубается прямо у меня на руках перед телевизором. Вообще, в последние дни он как-то сам первым идет на контакт. Очень часто подходит ко мне первым, лезет на руки. Пытается что-то рассказать. Трогает мою щетину и тянет волоски на руках.
Я понимаю, что ему просто не хватало мужского внимания. Он же жил с мамой и Ириной. И сейчас похоже на то, что он всячески пытается компенсировать себе все эти годы отсутствия общения с отцом.
Хотя даже еще и не знает, что я его отец.
Отношу его в кроватку и еще долго смотрю, как он удобнее устраивается и мерно сопит.
Иду на кухню. Там сидит Лина. С чашкой кофе и смотрит в окно.
Я тоже наливаю себе крепкий напиток и сажусь рядом.
— Что же будет дальше? — задумчиво спрашивает она, продолжая смотреть на ночное небо. — Как дальше, Мэт? — переводит взгляд на меня.
