Кто он?
— Вы! — наконец, не выдерживает она натиска и я слышу то, что заставляет меня замереть на месте.
Отшатываюсь от нее, как будто она ударила меня. смотрю, не моргая.
Я?! Я — отец Данилы?!
В этот момент он как раз забегает на кухню и я перевожу взгляд с Ольги на него. вглядываюсь внимательнее.
Это мой сын?! Сажусь на корточки и тянусь к нему. приближаю к себе.
Рассматриваю его как будто в первый раз.
— Неужели вы до сих пор этого не поняли? — слышу голос Ольги. — Это же так очевидно. Одно лицо.
А сроки? У Лины никого не было кроме вас. Несмотря на то, как вы с ней поступили, она всегда ждала только вас.
Ее слова больно ранят.
Я ведь думал иначе.
— Надеюсь, теперь вы поступите так, как должны поступить, — продолжает Ольга.
Я встаю и беру на руки Данилу.
— Мэт, — слышу уже в дверях. Оборачиваюсь. — Не обижайте Лину, Мэт. Она заслужила счастье. Не обижайте ее.
26. Мэт
Когда мы приезжаем к дому, Данила уже спит. Я аккуратно беру его на руки и несу в дом.
Я держу в руках своего сына.
Если верить словам подруги Лины. Но вдруг она врет?
Заношу Данилу в комнату и кладу на кровать. Еще раз вглядываюсь в его лицо. А он и правда ведь похож на меня. Почему я раньше этого не замечал?
Глажу его по голове. Он чуть просыпается и берет мою ладонь своими ручонками. Прижимает к себе и кладет на нее голову. И так и засыпает опять.
В груди становится тесно.
Я никогда не думал, как это, когда есть ребенок. Как чувствует себя человек, зная, что у него есть сын.
И сейчас у меня в нутрии творится что-то такое, что сложно описать одним словом.
Вот мой сын. Моя кровь. Возможно, единственный. Других у меня не будет.
Стоп. Это что? Лина хотела лишить меня его? Выйти замуж за Алекса и лишить меня сына? За что?
А Виктор? Он ведь наверняка знает, чей сын Данила. Если Лина его дочь, то, конечно же, знает. Поэтому он ее прятал?
Столько вопросов.
Мне нужно срочно поговорить с Линой. Где там ее носит?
Осторожно забираю руку в Данилы, поправляю одеяло и выхожу.
Звоню охраннику, с которым уехала Лина.
— Мы уже подъезжаем, — рапортует он.
Отлично.
Надо успокоиться. Чтобы не натворить дел. Нам надо поговорить спокойно.
Лину привозят через полчаса, который кажется мне целой вечностью. Я встречаю ее в коридоре.
Она не смотрит мне в глаза. Молча проходит в комнату.
— Где Даня? — спрашивает, садясь на диван.
— Спит. Что-то случилось, Лина?
Вижу, что ей тяжело. Что-то угнетает ее.
