И есть с кем за руку держаться — дохляк, в чем душа держится. И ладно, что грамоте учен, невеликая вещь. Для семьи от лишнего ума ущерб один.
Так он думал, шагая по дороге к дому той, кого уже привык считать своей невестой. И тут из дверей показался этот заморыш. Этот недомерок несчастный. Вышел из калитки с наглой харей, остановился. Смотрит.
— Эй! Поди-ка сюда! Поговорим!
— О чем, Базиль? Лара тебя не любит. Понимаю, ты расстроен. Но пока ты не успокоишься, к ней не зайдешь!
— Я? Не зайду? А кто меня остановит? Ты, что ли?
Базиль угрожающе надвинулся на Вендима.
Кровь его кипела. В сопернике его раздражало буквально все: и чистенькая рожа, и умные словечки, которыми тот сыпал. Даже то, что в семье Вендима мир и лад, а его родители каждый день грызутся. Почему все ему, жалкому недомерку, достается?
Ненависть застила Базилю глаза. Руки тряслись от злости.
— Отойди! А то и ее убью, заразу продажную, и тебя тоже!
Он двинулся к калитке, но Вендим преградил путь.
— Нет! Базиль… Слушай… Давай попробуем решить все мирно!
— Мирно? Мирно?
Руки Базиля сомкнулись на горле Вендима, сжали изо всех сил.
Когда резкая боль пронзила грудь, вышибая из легких воздух, Базиль успел удивиться и даже, пожалуй, обидеться: «Это называется мирно?»
Это была его последняя сознательная мысль.
ГЛАВА 13
— Бьярн! Отпусти его! Отпусти! Слышишь!
Мара всем телом повисла на руках напарника, вцепившихся в горло Вендима.
Почему-то заклятие «Отомри» подействовало не сразу.
Зеваки, завороженные разыгранной пьесой, не сразу пришли на помощь, но все-таки опомнились, оттащили Бьярна от Вендима. Тот еще долго втягивал в себя воздух посиневшими губами и кашлял, приходя в себя.
Бьярн очнулся, покачнулся, оглядываясь вокруг, словно не понимая, где находится, но постепенно взгляд его прояснился.
— Вы все видели! — крикнула Мара. — Вендим невиновен! Он только защищал жизнь Лары и свою!
Толпа зарокотала, соглашаясь.
Борат тер затылок, размышляя, как вырулить из этой ситуации. Он избегал смотреть в сторону матери Вендима, которая будто не могла поверить произошедшему, стояла окаменев.
А на ступенях дома Мара увидела юную девушку. Видно, та самая невеста, из-за которой разгорелся весь сыр-бор. Она вглядывалась в лица, но не могла разобрать с такого расстояния, что происходит. Бледная как полотно, губу закусила.
