Поздно вечером, когда мама уже ушла спать, Бет и Сэм все еще сидели в кухне и разговаривали. Сэм пришел в ужас, когда Бет отвела его в сторонку и, сильно смущаясь, сообщила новость. Он шепотом сказал ей, что только этого им сейчас и не хватало, но проявил деликатность и не стал выдавать своих чувств матери.
Теперь, когда они остались наедине и получили возможность поговорить, Сэм немного успокоился.
— Не могу сказать, что мысль о пищащей малявке приводит меня в восторг, — признался он. — Но это хотя бы объясняет поведение мамы.
Я уж думал, что все закончится сумасшедшим домом.
— Должно быть, она была сильно напугана, — сказала Бет. — Тем более что ее собственная мать, вероятно, родила без мужа, Иначе она не бросила бы ребенка. То место, где мама выросла, принадлежало работному дому. Полагаю, она боялась, что ей самой придется поступить так же.
— Я бы никогда этого не допустил, — решительно возразил Сэм. — Но ребенок свяжет нас по рукам и ногам.
— Что ты имеешь в виду? — спросила Бет.
Сэм поджал губы и нахмурился.
— Папа оставил нам не так уж много денег, и большая их часть ушла на похороны и еду. Наших заработков едва хватает на жизнь, Но я надеялся, что мама снова выйдет замуж и мы станем свободными.
Бет не могла представить себе маму замужем за другим человеком и сказала об этом Сэму.
— Лучше бы тебе на это надеяться, — произнес он с легким сарказмом. — Если ты встретишь парня, который захочет на тебе жениться, он не обрадуется такой обузе, как твоя мать с ребенком. А я не собирался оставаться здесь навсегда.
Я хочу увидеть мир.
Бет хотела упрекнуть брата в эгоизме, но не стала этого делать, потому что знала: на самом деле Сэм никогда их не бросит.
— Давай пока не будем беспокоиться о будущем, — предложила она. — Вот увидишь, все как-нибудь устроится.
Лето выдалось жарким. Молоко скисало к полудню, уборные и сточные канавы ужасно воняли, покрытые пылью листья на деревьях обреченно поникли. Город не затихал даже после наступления темноты, потому что никто не мог уснуть из-за жары.
Младенцы плакали, собаки лаяли, дети играли на улицах, а возле пивных собиралось еще больше пьяных, чем обычно.
Каждый день на работе становился для Бет испытанием на выносливость. В полдень солнце светило прямо в окна и температура внутри магазина поднималась выше тридцати градусов. Покупатели нервничали и часто вели себя очень грубо, заставляя ее открывать все новые ящики с носками и чулками. Бет постоянно приходилось сдерживаться, чтобы никому не нагрубить.
