"
"– Ты уже смотришь на него пятый день. Хочешь, я дам тебе его поносить?
– Ой, что ты, это плохая примета – давать мерить кольца. Иначе свадьбе не бывать.
– Вот ты взрослая образованная женщина, а веришь в какие-то странные приметы.
– До чего красивое кольцо, боже мой, наверное, стоит бешеных денег. Сразу видно, Сергей очень тебя любит.
– На несколько тысяч долларов, и не могу сказать, сколько карат бриллианта. Ты не хуже мамы, та измеряет чужую любовь именно так.
– Что в этом плохого? Это прекрасно, когда мужчина делает своей женщине дорогие подарки, а уж тем более по такому случаю.
Я почти ослепла от этого блестка.
– Мама?
– Да, милый.
Костик ковыряет в манной каше ложкой, в глазах грусть.
– Когда мы поедем домой? Я не хочу больше быть в этой стране.
– А что случилось?
В груди начинает щемить от тоски, не могу видеть своего мальчика таким. Поправляю его челку, стирая со щек кашу.
– Я не хочу никакого папу. У меня есть папа, хоть он и погиб, делая восхождение на Эверест, как ты рассказывала.
Бабуля поджимает губы, но молчит, отворачивается, начинает переставлять на столе тарелки. Наверняка она что-то наговорила Костику, поэтому он со вчерашнего вечера такой грустный.
Надо потом провести с ней беседу о том, чтобы не забивать ребенку голову мифическими отцами. За эти пять дней я думала о многом, а о предложении Сергея особенно. Решила точно, что не хочу замуж, меня устраивают наши отношения, нечастые встречи, его внимание, но не более.
Теперь осталось тактично сказать ему об этом и вернуть кольцо, которое действительно чувствуется удавкой на шее.
Я не готова дать ему полноценную семью, потому что, папа прав, не люблю его. А выходить замуж ради того, чтобы у сына был мужской пример, глупо.
– Костик, послушай, никто не собирается делать так, чтоб дядя Серёжа стал твоим папой. Никто не станет заставлять принять его как папу.
– Но, если ты выйдешь за него замуж, он ведь станет им?
– Если я выйду, он станет моим мужем, но станет ли он тебе отцом, решать тебе.
– А можно тогда моим папой будет Миша?
– Какой Миша?
– Мой друг, дядя Миша.
– О господи, только Мишки Быкова нам не хватало, – бабуля роняет из рук солонку, та падает на стол, ее содержимое рассыпается. – Какая я неловкая, это точно к ссоре, надо срочно посыпать сахаром. Региночка, где сахарница? И почему у нас в доме один рафинад?
– Дядя Миша не может быть папой, он наш сосед и мой бывший одноклассник. К тому же не совсем хороший пример для подражания.
