"
"Совершенно не соображая, что творю, толкаю Задорожную к стене, в тень. Где никто нас не увидит. Где наконец-то смогу насадить ее на член, вырывая из горла сладострастный стон и получая на спине отметины от ее ногтей.
Раньше она так любила ставить на мне царапины, выступая той еще собственницей. Надеюсь, этот запал в ней не угас.
Мне абсолютно похуй, что нас может кто-то услышать или увидеть. Хочу. Дико. Безумно.
Глава 20
Алиса
Боже! Это какое-то сумасшествие. Безумие. Греховный поступок. Нечто аморальное, но в тоже время горячее, смешанное с бешеным адреналином в крови.
Мне нужно оттолкнуть Тимура, вырваться из его мертвой хватки. Это ведь так неправильно — поддаваться ласкам бывшего парня в опасной близости от скопления людей. Но я не могу. Не в силах ему противостоять. Разум плывет.
Внутренний голос кричит остановиться, возразить ему. Только вот тело предает. Откликаюсь на руки Воронцова, выгибаюсь дугой, стоит ему углубить поцелуй и опустить ладонь к моим напрочь промокшим трусикам.
— Тимур, — стону, ударившись затылком о каменную стену.
Впиваюсь ногтями в его запястья. Отметины оставляю. Отрезвить хочу. Остановить безумие, которое может перерасти в невероятный взрыв, способный затронуть всех вокруг.
— Тимур, — на выдохе. Надеясь достучаться до голоса разума этого дико сексуального мужчины. — Пожалуйста.
Сама не знаю, о чем прошу. Прекратить или двигаться дальше. Меня на части разрывает, мысли путаются, а между ног горит пожар огромной силы.
— Моя куколка хочет продолжить, да? — кусает шею и тут же зализывает место укуса. — Всегда рад услужить сучке Алисе.
Резко разворачивает меня к себе спиной, заставляя упереться руками в стену. Задирает подол платья к талии на манер пояса, полностью меня раскрывая снизу. Тянет трусики, отчего ткань врезается в нижние губки, вызывая гортанный стон.
Дергаюсь в его руках. Даже сквозь слой одежды чувствую каменный, горячий член, которым Тимур трется о мою попку. Не вижу, но ощущаю его порочную, сексуальную усмешку.
— Остановись, прошу, — из последних сил. Молясь всем высшим силам, чтобы все прекратилось. — Не так. Не здесь. Тимур!
Громко кричу, когда слышу звук расстегивающейся молнии. Сейчас он трахнет меня в этих густо-зеленых кустах. Около беседки. Невзирая на то, что нас может увидеть каждый из гостей вечеринки.
— У тебя нет права голоса, дорогая, — проводит пальцем по ложбинке ягодиц. Замираю, боясь что-то ему возразить.
