– Здесь собрались все жители крепости, а вон в том помещении устроили лазарет, – ответил незаметно подошедший мужчина в мантии мага.
Его голову венчал обруч с желтым камнем – знак целителя.
– Почему они здесь, а не идут по домам?
– Да кто ж сможет усидеть дома в такое время! – маг всплеснул руками. – И в лазарете свободные руки наперечет! А вы с подкреплением прибыли? – он с любопытством уставился мне в лицо. Моргнул, словно не веря, и вдруг поспешно опустился на одно колено. – Простите, Прекраснейшая, за дерзость…
Я почувствовала, как краска заливает лицо.
Это поклонение начинает уже раздражать.
– Не стоит, – сказала как можно приветливее, – лучше проводите в лазарет. Я могу взять на себя самых тяжелых. Их много?
– Достаточно, приносят практически непрерывно."
"Маг направился к арочному проему, ведущему в соседнее помещение. Именно оттуда доносились стоны.
– Мне сказали, что жена принца Мерильена тоже здесь, – вспомнила я, спеша вслед за ним. – Она ранена?
– Нира Эовен? – маг нахмурился.
– Нет, она не ранена, но с ней возникли проблемы. У нее очень маленький резерв светлой магии, а вот ребенок собирается стать сильным темным магом. Возник конфликт между матерью и плодом, и мы не знаем, что делать.
– А что в таких случаях делают?
– Приглашают светлого мага с большим резервом, чтобы установить баланс сил, но здесь его нет. Придётся либо плод умертвить, чтобы спасти мать, либо пожертвовать матерью, а ребенка поместить в магический кокон до момента родов.
Но как я скажу об этом Его Светлости? – и маг взглянул на меня с таким отчаянием, что мое сердце заныло от жалости.
– Давайте, я сначала взгляну на нее, – предложила я. – Все-таки светлая магия – моя стихия.
Я подбодрила целителя улыбкой и поймала его благодарный взгляд.
Через несколько минут мы вошли в лазарет.
Нас встретил огромный зал, разделенный переносными ширмами на отдельные боксы, в которых на походных кроватях, а то и просто на брошенных на пол тюфяках лежали раненые.
Между ними сновали осунувшиеся от бессонной ночи целители и подрядившиеся медсестрами женщины в белых передниках и нарукавниках. Раненых было много, не меньше сотни. Многие лежали в забытьи, погруженные в восстанавливающий сон.
– Мы погрузили в стазис тех, у кого оторваны конечности или распорота брюшина, – пояснил маг. – На их лечение идет много сил, но к бою они негодны. Поэтому решили, что займемся ими, когда все закончится.
