Я не могла послушать твоего совета, потому что такова моя натура, но знаешь что? В случае с тобой я могу сделать исключение, потому что ни один человек в моей жизни не причинял мне так много боли, как ты. Ты говоришь, что у тебя не было выбора, что моей жизни угрожали. Ладно, я допускаю, что ты не знал, что еще делать в той ситуации. Но все, что было потом? Даже когда ты стал свободен от всего, что на тебя давило, что ты сделал, Булат? Ушел. Ты всегда уходишь! Но, знаешь в чем самый большой твой недостаток? Ты никогда не уходишь окончательно, а продолжаешь возвращаться, чтобы мучить меня.
Не даешь забыть о себе. Почему? Разве я недостаточно… – Голос срывается из-за подступивших слез и я глубоко вдыхаю, прежде чем продолжить. – Я не могу вечно играть в эту игру, Булат. Ты успокоишься, если я признаюсь, что все еще люблю тебя? Закроешь, наконец, свой гештальт и сможешь жить спокойно, зная, что идиотка Вита будет любить тебя, какое бы дерьмо ты в нее не бросил? Достаточно для твоего самолюбия?
– Ты ошибаешься, – хрипло говорит он.
– Я не дал тебе повода думать обо мне лучше, но я не такой, Вита. Я совершил ошибку, оттолкнув тебя после угроз отца, когда должен был рассказать правду. Должен был верить в тебя, а не додумывать и решать все сам. И я совершил вторую ошибку, когда решил оставить тебя, посчитав, что без меня тебе будет лучше. Я лгал, думая, что это сделает тебя счастливой в будущем, заставит двигаться дальше, забыв меня. Мне казалось, что ты будешь счастлива с кем-то, кто не заставил тебя пройти через все круги ада, не сломал твою психику и не заставил считать, словно тебя нельзя полюбить, словно ты ничего не значишь! Это ни хрена не так, Вита! Не для нас! Какими бы ненормальными не выглядели наши отношения со стороны, я люблю тебя, а ты любишь меня.
Если нам плохо друг без друга, то в чем смысл? Почему бы не страдать вместе, чем врозь? А лучше вообще не страдать, а попытаться построить что-то новое.
– О чем ты говоришь… – неверяще шепчу я, накрывая губы дрожащими пальцами.
Он решительно приближается ко мне и садится на корточки перед диваном, накрывая руками мои щеки и вытирая капающие слезы большими пальцами. Его темные глаза смотрят прямо в мои, с уверенностью, с силой, которой мне хочется отдаться и ничего не решать самой. Не в этот момент. Но это лишь временная слабость, которую я смогу перебороть, потому что обязана быть сильной, если хочу нормальной жизни. Ради самой себя и ради Асада.
