Ворвался Геонтий, сразу же вклинился в сечу, потеснил, вылез вперед, принимая основные удары на себя, на свои стальные плечи, а его меч с каждым взмахом либо наносил глубокую рану, либо поражал насмерть.
Мрак теперь рубил молча, при чужих орать неприлично, ломил стену, как будто это был камыш, плечо к плечу смели охрану и подступили к спящим, что, диво дивное, все еще не проснулись.
Три широких ложа, огромный стол с остатками еды, перевернутый кувшин, шесть серебряных кубков и сильный запах вина.
Из-под одного ложа с запоздалым рычанием выскочили два огромных гладкошерстных пса. Бросились с лаем, но вдруг остановились, попятились, а затем с жалобным воем ринулись обратно под столы.
Мрак метнулся к одному ложу, Геонтий ко второму. Его меч блеснул раньше, чем Мрак обрушил секиру на своего, и только третий успел вскочить, глаза еще одурманены сном и вином, но руки привычно ухватили длинный меч, что терпеливо ждал хозяина у изголовья, и там же широкий щит.
– Умрите! – заорал он дико.
Мрак разнес секирой щит, а Геонтий сильным ударом вышиб меч. Великан ахнул, тут же секира Мрака разрубила его до пояса и едва не перерубила лезвие меча Геонтия, тот уже успел воткнуть великану в грудь.
За спиной было тихо, ни криков, ни стонов. Геонтий оглянулся, потом посмотрел на секиру Его Величества. Да, после его ударов никто и не хрюкнул, сразу тихо, как на кладбище.
Мрак насторожился, взгляд метнулся к небольшой боковой двери. Геонтий перехватил взгляд, тут же, не раздумывая, метнулся в ту сторону.
Он успел опередить Мрака, с силой ударился о запертую дверь."
"В новом помещении сильно пахло едкими травами, могильным тленом. Полыхал на широком блюде лиловый огонь, окно распахнуто настежь, а худой человек с лысой головой что-то выкрикивает и потрясает кулаками. На глазах потрясенного Геонтия он начал превращаться в длинную птицу с уродливыми кожистыми крыльями.
Мимо просвистело что-то опасное, едва не задев Геонтия. Птица метнулась к окну, но мелькнувшее ударило ее в бок.
Геонтий услышал хряск и стук, на стене затрепыхалась эта тварь, а секира торчала победно, пришпилив противника к стене, как тряпку.
Геонтий перевел дух, расширенными глазами оглянулся на Мрака. Тот подошел, выглянул в окно. Во двор из казармы выскакивали ликующие воины. Еще раньше вышли из главной башни.
– Колдун, – буркнул Мрак. – Сам бы убежал, не жалко. Но сообщил бы… а то и привел кого. Не люблю.
