Птица упала рядом, Олег разогнулся с трудом, спина была красная, уже вздувались волдыри. Таргитай бросил ему одежду, волхв, перекосив рожу, с трудом натягивал, двигаясь бережно, осторожно.
– Чего так долго? – спросил Мрак понимающе.
– Пленников выпустил… – ответил волхв хмуро. – И коней. Негоже им погибать, как эти… Двое все же кинулись с кольями. Да не кони, люди! Хозяев, значит, защищали…
– Преданные, – буркнул Мрак.
Олег бросил быстрый взгляд на Таргитая:
– Они дольше слушали их песни.
– Песни, – прорычал Мрак с отвращением.
Он бросил на Таргитая лютый взгляд: – Ну и свинья же!
Таргитай с недоумением оглянулся:
– Свинья? Где свинья?.. Так загрызи, поедим. А то все хлебные корки…"
"– Ты свинья! – гаркнул Мрак, разозлившись. – Столько суток я, как паршивый пес, бегал по лесу, давил несчастных зайцев, а ночью стерег ворота!.. Брякнешь кому о таком позоре, удавлю враз!.. Мог ты, тварь поганая, подудеть… или спеть пораньше?
Олег сказал подозрительно:
– Он это нарочно.
– Я? – ахнул Таргитай.
– А что? – сказал Олег, он хмурил брови.
– Спал себе на сене возле коней! Что еще человеку надо?.. А я как проклятый носился под облаками, высматривал караваны, телеги с купцами, одиноких гонцов, попутно бил редких птиц и зверей, таскал им для забавы… Пять дней вообще ел только ту дрянь, что ловил на лету. От голода жрал прямо с перьями.
Мрак кивал сочувствующе, то-то волхв все дергается, видать, перья оттуда лезут, щекочутся.
– Тебе хорошо, – вздохнул он. – Ты ему хоть в ухо дал.
Таргитай завопил:
– Мне хорошо было?.
. Мне?.. Три дня не еденному?
– А че ж не запел?
– Как я мог? – вскричал Таргитай отчаянно. В глазах блестели слезы от несправедливой обиды. – Вас нет, а я – петь? Вы меня бросили, а я – распевать?.. От радости, да?
Глава 43
Мрак и Олег переглянулись. Мрак сказал тяжело:
– Ну что мы?.. Сами сели в лужу, а его корим, что не сразу нас вытащил. А на самом деле он сам не попал и нас выволок. Хоть и дал, надо признаться, в дерьме насидеться по уши.
– Я ж говорю, нарочно, – пробурчал подозрительный Олег, но не слишком настойчиво.
Замок все полыхал, черная каменная громада то полностью исчезала в красной стене огня, то проступала неразрушимыми стенами. Доносился треск, с грохотом провалилась крыша, рушились балки, а пламя взметывалось выше.
– Все-таки они страшилы, – сказал Таргитай, словно убеждая себя. – Страшилы.
Мрак предположил:
– А может быть, они были красивыми?
– Как это?
– А потом стали злобными, – продолжил Мрак хладнокровно.
