Костер страшно зашипел, взвилось облако пара, но угас быстрее, чем если бы Таргитай заливал из колодца. Темные угольки раскатились по камню, одна головешка докатилась до входа в пещеру, дальше мутный поток воды подхватил и унес.
Полоса града почти сразу ушла, только толстые струи дождя били с такой силой, что бурунчики стали размером с тарелки. Над головой угрюмо громыхало, туча медленно уползала.
Таргитай выскочил под струи, орал, подпрыгивал, дико верещал, плясал и грозился небу. Олег смотрел-смотрел, пожал плечами, лег в самом дальнем углу, скорчился в три погибели и заснул, все еще нахмуренный, с озабоченным лицом человека, которому приходится думать за всех троих.
За это время последние красные полосы на небе почти исчезли, темнело, блеснула первая звезда. Мрак ухватил лук, выскочил, пригнувшись под струями, исчез.
Таргитай, напрыгавшись, вернулся под каменный навес странно бодрый, ликующий. Каждая жилка в теле прыгала от непонятного счастья, словно только что свершил нечто очень достойное, чем можно гордиться всю жизнь.
От костра несло надежным теплом, он подсел ближе, но не потому, что озяб, в теле разливалось странное тепло, словно внутри полыхал костер еще больше, просто этот ливень… этот красный огонь… это странное ликование… Сердце стучало и что-то объясняло на своем языке, понять не мог, но выразить как-то надо, и его пальцы уже знали, что нужно делать.
Мрак вернулся почти сразу, ночь еще не накрыла мир звездным небом, а на входе возник освещенный красным пламенем сгорбленный оборотень.
На плечах лежал роскошный олень.
Он небрежно повел плечами, и земля дрогнула, когда туша рухнула у костра. Мрак довольно разогнулся, глаза смеялись:
– Под елкой стоял! Они все так от дождя прячутся. А где Олег?
– Спит, – ответил Таргитай, запыхавшись. – Все равно, мол, дождь.
– Правильно, – одобрил Мрак. Он достал нож. – А ты чего?
Таргитай ответил виновато, вода текла как с водяного:
– Не знаю… Что-то нашло. Когда гроза, я шалею.
– Чудно, – подивился Мрак.
– Олег вон родился от молнии, а к грозе равнодушен. Подержи вот тут край.
Он быстро срезал шкуру, мясо бросил Таргитаю, тот насадил на прутья и растыкал вокруг костра. Мрак умело вырезал сухожилия с задних ног, запасная тетива не помешает. В сухом горячем воздухе потекли первые струи от разогретого мяса. Сок капал на угли, шипело, синие дымки выбрызгивались остренькие, как перекаленные наконечники стрел.
– Смотри, даже не просыпается, – заметил Мрак.
