А колдовство, как сказал себе Мрак, противно любому воину, что превыше всего ставит молодецкий удар, а всяких там умников не ставит ни во что. Олег не в счет, он просто из его деревни.
Свет расширился, стены по бокам ушли в стороны. Мрак вышел в просторную пещеру. Свод терялся во тьме, каменные стены мрачно поблескивали темно-красными жилками. Посредине стоял широкий стол, вдоль стен приземистые лавки, все завалено книгами, свитками, а над столом горбился очень худой старик, белая борода опускается до пола, на голове вязаный колпак, а длинный халат с хвостатыми звездами толстый, как одеяло из медвежьей шкуры.
Старик рылся в свитках, бормотал, вздрагивал, словно от холода, хотя в пещере не зябко и не жарко.
Мрак остановился в трех шагах, чтобы в случае чего одним прыжком достать, шея колдуна тонкая, двумя пальцами сломит, да и спина такая, что, стукни ребром ладони, враз переломится, как сухая камышинка.
– Доброго здоровья, – сказал он как можно теплее, стараясь в улыбке не показывать клыки. – А тут неплохо.
Колдун отпрыгнул от стола, как отброшенный ударом копыта. Волосы встали дыбом, а глаза в страхе округлились, как у филина. Губы затряслись, он едва выдавил:
– Кто ты?.. Откуда взялся?
Мрак улыбнулся шире, не замечая, что его клыки выдвинулись во всей волчьей красе:
– Да просто забрел по дороге. Гляжу, свет. Как не зайти?"
"Колдун дико оглянулся на щель, словно только сейчас заметил. Лицо было белее его бороды, даже чудно, подумал Мрак с неловкостью, как будто его лицо может кого-то напугать.
Вот если бы он подкрался да взвыл по-волчьи…
– Дорога?.. Она была запечатана сотню лет!
– Ничто не вечно, – заметил Мрак. Он с любопытством осматривался по сторонам. – Там горы тряхнуло. Какие-то мерзавцы пытались нас задавить камнями. А тут, видать, треснуло. Ну, ход снова отворился.
Колдун дико оглянулся на свои книги:
– Выход в мир открыт?
– Пока нет, – с сожалением сказал Мрак. – Завалило.
Колдун сразу успокоился, явно не жаждал, чтобы сюда примчался народ, среди которого почти все искатели золотой руды, драгоценных камней, а то и вовсе сокровищ подземных рудокопов, горных Змеев, огневушек, Хозяйки Медной горы…
Мрак выдержал испытующий взгляд, глаза у старика не по возрасту зоркие, даже слишком, враз оценил и его стойку, и ладонь на полпути к рукояти секиры, и готовые к толчку ноги.
Сказал нехотя:
– Не знаю, как ты сюда попал, незнакомец… садись вон на лавку, рассказывай. Угощать пока воздержусь, я не всякого зову к столу.
