Доискиваться не было ни времени, ни сил: вслушался, сказал Слово Огня, стараясь тратить сил как можно меньше, во дворе полыхнуло еще раз, хозяин проговорил медленно, печально, только чуткое ухо Олега уловило нотки ликования:"
"– Колодезный журавель сгорел! А ведро… хоть и не успело, но упало в колодец… Вон брызги какие… много воды набежало, у нас ключевая, зубы ломит! Ладно, вытащим, за это денег не беру. Но сруб тоже подпалило, подпалило… Еще чуть – и придется менять венец целиком.
Воевода рыкнул:
– Там кора чуть подрумянилась! Даже не обгорела!
– Я ж и говорю, – сказал хозяин сговорчиво, – денег не беру, хотя все же ущерб, ущерб…
Олег видел складки на лбу хозяина, его быстрые взгляды, которые бросал то на воеводу, то на его челядь.
Похоже, все рассчитал правильно: за окном замелькали тени снова, опять полыхнуло, запах гари и горелого мяса, паленой шерсти, и голос хозяина, скорее удовлетворенный, чем скорбный, но с оттенком укоризны:
– Ну вот, я ж говорил! Теперь и сруб тю-тю…
Воевода сам прикипел к щели пошире.
Слышно было, как выругался вполголоса, а Олег заметил, какой злой взгляд метнул на то окошко, откуда старый волхв метал всесжигающий огонь. Ладно, жизнь все же дороже. Сегодня колдун научился сжигать огнем все за домом, а завтра, глядишь, научится, как взрослый, жечь с разбором.
– Ладно, заплатим! – проорал воевода. – Мертвым золото ни к чему.
– Так-то оно так, – согласился хозяин, – но, когда драка заканчивается, про плату забываем… Да и золоту начинаем придумывать другое место…
Воевода что-то пробурчал, но хозяин выжидающе смотрел на его кошель, и пальцы старого воина начали нехотя распутывать узел.
Хозяин протянул ладонь, Олег издали смотрел, как он каждую монету попробовал на зубок, удовлетворенно кивнул, но во дворе полыхнуло, он обернулся к окну, махнул:
– Колодезный сруб как корова языком слизала!.. Это ж еще два золотых.
Воевода зарычал, но две монеты дал, тут же туго завязал кошель и спрятал под полу. По его виду можно было понять, что, сгори здесь все, больше не даст ни кусочка золота.
Хозяин тоже спрятал золото подальше, задирая вязаную рубашку, а потом еще и простую рубаху из грубого полотна.
Глава 30
Олег кашлянул, со смиренным видом вышел из своего угла. Его не заметили, он снова кашлянул, стараясь привлечь внимание:
– Стоит дверь открыть… Виднее будет.
На него смотрели как на безумца. Старший сын, Збышко, бросил пренебрежительно:
– А волчью стаю перебьешь ты?
– У вас же такой могучий колдун, – возразил Олег.
