«Я не знакомлюсь на улице, я провожу соцопрос. Какой зубной пастой вы чистите ботинки?»
«Я никогда не знакомлюсь на улице, но тут особый случай: если бы я не подошел, я бы сегодня вечером спрыгнул с моста!»
«Я никогда не знакомлюсь на улице, но у меня есть два билета в кино. Сеанс начался две минуты назад. Правда, кинотеатр в другой части города, и мы все равно не успеваем. Так что, может, лучше погуляем в парке?»
Ирка хихикнула. Евгеша совсем не походил на уличного жуира. Скорее только мечтал когда-нибудь им стать, пока же мучительно сражался с собственной застенчивостью, сочиняя и вызубривая фразочки, которые ему едва ли хоть раз приходилось использовать.
Мошкин, рывшийся в ящиках стола в поисках рабочей тетради, удивленно обернулся. Проследив направление Иркиного взгляда, Мошкин мучительно покраснел и загородил процессор спиной.
– Это я для школьного сочинения! – сказал он торопливо.
– Я так и поняла. «Знакомство с девушками как условие гармонического развития личности».
Любимая тема всех учителей ботаники и зоологии. Обычно ее проходят сразу после пестиков и тычинок… – проговорила Ирка."
"Поняв, что срывать бумажки уже поздно, Мошкин уныло продолжил поиски рабочей тетради. Некоторое время спустя они увенчались успехом, и тетрадь была вручена Ирке. Затем, не делая паузы, Мошкин неожиданно пригласил Ирку выпить чаю с тортом. О том, каких нравственных мук стоило ему это приглашение, можно было судить по крупным каплям пота, выступившим у него на лбу.
– Ты же откажешься, да? – спросил он уныло.
Ирка заверила его, что не откажется.
– А то вдруг ты спрыгнешь с моста? – сказала она.
Сообразив, откуда эта цитата, Мошкин смутился, но неожиданно был отвлечен посторонней мыслью.
– Чай – это замечательно. Но я больше хочу кофе, как ты думаешь? – спросил он.
Ирка послушно подтвердила, что Мошкин хочет именно кофе. Евгеша мгновенно успокоился и, на ходу демагогически рассуждая, что лучше: чай с тортом, кофе без торта или огромный торт, но всухомятку, повел Ирку на кухню.
По дороге он ухитрился неосторожно задеть плечом приоткрытую дверь ванной, которая, спружинив, едва не изменила Ирке форму носа на малораспространенную среди валькирий курносую кнопку. К счастью, она успела подставить руку.
– Прости! Я ужасно неловкий! – сказал Мошкин печально.
– Ерунда! И без носа люди живут! – Иркиному великодушию не было предела.
Мошкин успокоился.
