Я внимательно просмотрела бумаги раз, другой, третий.
– Зина, но здесь не все!
Хозяйка оторвалась от ноутбука.
– Как? Чего не хватает?
– Материала о семье Лукашиных!
– Не может быть!
– Смотрите сами!
Шляпкина поворошила листки.
– И куда он подевался?
– Тот же вопрос я хотела задать вам, – ответила я. – Кто, кроме меня, проявлял интерес к так и не увидавшему свет номеру?
– А кому он нужен? Я храню его из-за своей сентиментальности: Николай Михайлович умер, Эдуард тоже.
– Компаньон Егорова покойник?
– Он спился, – пояснила Зина, – года два назад позвонили из ЖЭКа, спросили, кем я прихожусь Эдуарду, мой телефон у него на обоях был записан.
Сказали, что Савельев скончался, родственников у него нет, завещания тоже, хоронить его некому. Там какая-то инициативная домоуправша деньги по жильцам собрала, чтобы Эдика в общую могилу не сунули, хотя, думаю, покойнику это без разницы. Я дала небольшую сумму, но в церемонии не участвовала!
– Попробуйте вспомнить, кто просил у вас посмотреть папку?
Зинаида нахмурила лоб.
– Вы первая.
– Может, соседи?
– Я с ними конфликтую, они на меня заявления участковому строчат, жалуются на кошек, воняет им! Вот уж враки! Ну как запах может до другой квартиры доползти!
– Ваши дети?
– Они ничего не слышали о «Лупе».
– Муж?
– Ой, не смешите! Леонид только о своей математике думает, Петя весь в музыке, а Марку не до чтения.
– Я говорила о вашем супруге.
– И я о них веду речь.
– Сколько у вас мужей? – поразилась я.
– Трое, мы в разводе, но живем вместе, – объяснила Зина, – а что? Квартира большая, никто никому не мешает. Очень даже удобно. Леня с мальчиками уроки делает, Петя их художественно развивает, а Марк у нас по хозяйству, все, кроме уборки, на нем. Пылесос и тряпку он терпеть не может. Мыть полы – моя забава. Вас удивляет наша семья?
– Нет, – улыбнулась я, – у меня самой на одного бывшего мужа больше.
– И все с вами?
– Слава богу, нет! Но кое с кем я до сих пор в хороших отношениях.
Давайте все же попытаемся вспомнить, кому вы показывали папку?
– Без понятия!
– Вам знакома женщина по имени Лиза Гинзбург?
– Нет! О! Точно! Я сообразила про папку! – закричала Зина.
Крик хозяйки потревожил облитую кофе со сливками Машу, кошка встала, выгнула спину дугой, потянулась, зевнула, не торопясь вскочила на мойку и… пописала прямо на гору грязной посуды.
