А! Нашла! Зинаида Мироновна Шляпкина.
– Ей, наверное, много лет!
– Зиночка была тогда молодой, в «Лупу» она пришла, когда ей едва исполнилось двадцать два! – возразила Карина.
– Вам нетрудно самой позвонить Шляпкиной? Вероятно, она не захочет беседовать с незнакомкой о тех событиях!
– Нет проблем, – согласилась Кара, – надеюсь, Зина живет на прежнем месте! Черт!
– Что?
– Номер не существует.
– Дай-ка сюда! Смотри, набор начинается с цифры два, а ее заменили на шесть.
– Сейчас попробую, ага, гудит… Здрасти! Можно Зинаиду? Ой, еще раз здрасти! Вы, наверное, меня не помните? Я – Карина Егорова, дочь Николая Михайловича… ага, ага, спасибо.
Очень приятно! Да, да! Извините, Зиночка, у меня к вам такое дело…
Я молча слушала, как Карина меня представляет, потом Егорова сунула мне трубку.
Я откашлялась.
– Здравствуйте, Зина!
– Добрый день.
– Может, мой интерес вам покажется странным…
– Говорите.
– Карина рассказывала, что в день нападения бандитов вы спрятались в лифте.
– Верно.
– Вы очень смелый человек.
– Я отчаянная трусиха, – засмеялась Шляпкина, – но в момент опасности не растерялась. Прямо в голове щелкнуло: или лезу в подъемник, или мне кирдык. Третьего не дано. Сгребла гранки и дёру!
– Значит, вы прихватили с собой материалы субботнего номера?
– Егоровская школа, – вздохнула Зина, – сам погибай, а газету спасай. Унесла все, я как раз верстку делала, материалы стопками слева, снимки справа, я их вместе с линейкой-строкомером уволокла, она у меня теперь вместо талисмана!
– А где гранки? Вы их выбросили?
– Разве можно!
– Сохранили? Дадите взглянуть?
– Зачем? – удивилась Зинаида.
– Объясню при встрече!
– Ладно, приезжайте.
– Можно сейчас?
– У меня редакторские дни, сижу дома, хотя…
– Что? Я уже бегу к машине.
– Постойте, я не успею прибраться к вашему приходу! Давайте лучше встретимся в выходные.
– Нет, нет, – испугалась я, – время не ждет! Мне все равно, как выглядит ваша квартира, даже если она покрыта слоем мусора в полметра, это не играет никакой роли.
Кстати, у меня дома тоже бардак, посуда полгода не мыта, пыль с Нового года не вытерта.
– Ну ладно, – сдалась Зина, – записывайте адрес.
В квартире у Шляпкиной отчаянно пахло кошками, и я, не удержавшись, стала чихать.
– Это Василий, – сердито сказала Зина, – у него с моим сыном джихад. Стоит Игорьку в дом войти, Васька начинает углы метить, дескать, смотри, мама, кто в семье хозяин! Вы туфельки поставьте наверх.
– В шляпницу? – поразилась я.
