Смешанный с солью и песком, он еще совсем недавно покрывал улицы города, сейчас, сметенный к краям дорог, но не смытый дождем, вызывал приступы аллергического чихания у бедных горожан.
К числу последних принадлежала и Леся. Глаза у нее постоянно слезились. Нос покраснел и распух. А когда к тому же еще и поднялась температура, девушка поняла: нужно срочно спасаться.
— Да, выглядишь ты неважно, — констатировала Кира, вызванная в качестве независимого медицинского эксперта. — Но где гарантия, что за городом тебе станет лучше?
В ответ Леся душераздирающе чихнула и простонала:
— Где угодно, но только не тут! Мне кажется, я умираю!
— А что говорят врачи? Вдруг это обычная простуда?
Леся помотала головой и снова чихнула.
— Когда я сижу дома, то все ничего. Еще сегодня утром я встала бодрая и веселая. А сейчас вышла в магазин за твоим любимым тортиком и… и… и… Ап-чхи! Вот видишь?
— Будь здорова!
Леся кивнула.
— Буду, буду! — и шмыгнув носом, просипела: — Вышла на несколько минуточек и… и… и… ап-чхи! Хочешь тортика?
— Спрашиваешь! — оживилась Кира.
— С шоколадным кремом, орехами и безе?
— Да, твой любимый. Без бисквита.
— Обожаю! Давай-ка сюда!
И подруги плавно переместились на кухню. Леся приняла таблетку. И к тому времени, когда закипел чайник, нос ее приобрел почти нормальные размеры, форму и окраску.
— Но не могу же я постоянно глотать химию, — сказала она жалобно, выкладывая почти треть торта на тарелку Киры. — Мне нужно уехать из города. Хотя бы на время.
Кира с одобрением следила за действиями подруги.
— И куда ты хочешь поехать? — проглотив первый кусочек, осведомилась она.
— За город!
— Я понимаю, но куда именно? В санаторий, пансионат, дом отдыха?
Леся пожала плечами.
— Мне все равно. Лишь бы там под ногами не валялась эта гадость.
— Но надолго мы с тобой уехать тоже не можем, — напомнила ей Кира. — Туристический сезон набирает обороты. И скоро у нас в фирме будет куча дел. Одна Катюшка не справится.
— Вот поэтому-то я и тороплюсь. А насчет сроков… Ну что же, чтобы прийти в себя, думаю, мне хватит и двух-трех дней.
Этот разговор происходил во вторник. А уже в среду подругам позвонила еще одна их не слишком близкая, но все же подруга — Ласка. На самом деле девушку звали Всеславой. Родители Ласки были историками и потому назвали свою единственную дочурку на древнеславянский манер. Сама Ласка от своего имени была отнюдь не в восторге. И с самого раннего детства всячески пыталась его изменить. Она была Славкой, Веськой и даже Васькой.
