Выбежав из кафе, я подбежала к сидевшему на корточках Идиоту и с размаху ударила его по плечу.
— Привет! — радости моей не было предела.
— Привет, — в его глазах промелькнуло удивление.
— Не ожидал?
— Нет.
— Как я выгляжу?
— Тебе честно сказать?
— Скажи честно.
— Как ободранная кошка. Кто тебя так разукрасил?
— Попала в один притон. Это за отказ от работы.
— Понятно. Ну, тебя и носит! Я думал, ты давно уже на родине.
— Никак не могу до нее добраться.
— А что так?
— Ты же не хочешь Мне помочь!
— В прошлый раз у тебя был такой изысканный ухажер.
Я думал, он тебе поможет.
— Он не захотел мне помогать. — А что так?
— Не знаю. Не захотел, и все.
Я опустилась на корточки рядом с ним и стала смотреть, как он вытаскивает колесо.
— Проколол?
— Проколол. Придется ставить запаску. Пачкаться не хочется. Вот невезуха!
— Давай я поменяю.
— Ты сумасшедшая, — засмеялся он.
— На тебе дорогой костюм, его и в самом деле жалко пачкать, а на мне грязные дешевые шмотки. Мы прикупили их в секонд — хэнде.
— Кто это «мы»?
— Я и моя подруга.
— У тебя, оказывается, есть еще и подруга?
— А почему бы и нет? Так что — дашь мне поменять колесо?
— А ты умеешь?
— Я все умею. Я у отца на «запорожце» часто меняла.
— Это тебе не «запорожец», — опять засмеялся он.
— Послушай, отвали пока, а? Представь, что ты приехал в шиномонтаж. Пойди погуляй. Можешь зайти в кафе, пиццы поесть.
Парень растерянно почесал затылок и посмотрел на кафе. Из кафе вышла Натка и встала рядом.
— Знакомься: это моя подруга.
— Очень приятно.
Мой таинственный знакомый еще раз посмотрел на кафе и задумчиво произнес:
— Вообще-то, я голоден.
— Ну, так иди, ешь, а мы тебе колесо поменяем.
Парень достал из багажника домкрат и ушел. Я принялась откручивать гайки, напевая под нос какую-то глупую мелодию. Натка наклонилась и с удивлением посмотрела на меня.
— Ирка, ты никак умом тронулась? С каких это пор ты стала менять колеса?
— Между прочим, я меняю их для себя. Садись в машину, только быстро.
— Зачем?
— Нам все равно тачка нужна.
Пока будем ждать Янга, так хоть Токио посмотрим. Должны же у нас остаться какие-то приятные воспоминания.
— Ты хочешь угнать машину?!
— Конечно. Иначе зачем бы я с колесом возилась. Сама посуди, что мне — больше делать нечего?
— А если этот товарищ заявит в полицию?
— Не заявит.
— Откуда такая уверенность?
— Он сам полиции боится как огня. Это свой человек. Постонет немного и на новую тачку пересядет.
— Ирина, но ведь это же дорогая машина.
