Отправь ее туда, откуда она к тебе пришла. Знаешь, как лучше всего избавиться от чувства к женщине? Как сделать так, чтобы она стала тебе безразличной?
— Как?
— Нужно подложить ее под приятеля. Как только ею воспользуется твой приятель, всякая дурь в голове сразу пропадет.
— Ты на что намекаешь?
— Просто так, к слову. Попробуй подложить ее под кого-нибудь и увидишь результат. Я вдвое старше тебя, значит, вдвое больше видел в этой жизни, да и опыта поднабрался. Поэтому я наперед вижу финал этой бестолковой связи.
Я не выдержала и зашла в комнату. Мужчины резко замолчали и уставились во включенный телевизор. Я посмотрела на Марата. Он заметно нервничал, даже на лбу проступил пот.
— Марат, мне кажется, нам пора, — постаралась я выдавить улыбку, но она оказалась совсем не к месту.
Марат встал и попрощался за руку с хозяином дома.
— Я позвоню, — сказал хозяин и похлопал Марата по плечу.
— Ты даже не предложил нам кофе…
— Извини, для тебя в этом доме — всегда что угодно, а вот гостям мы предлагаем выборочно, — улыбнулся хозяин и проводил нас до машины.
Я старалась не смотреть в его сторону, да и он не поднимал глаз. Как только машина отъехала, я спросила:
— Это твой отец?
— Как ты догадалась?
— Не знаю. Просто догадалась, и все. Я стояла за дверью и слышала весь разговор.
— Ты разве не знаешь, что подслушивать нехорошо?
— Знаю.
— И что же ты подумала?
— Я устала всем доказывать, что я не проститутка…
— Тут другой мир и другие порядки. Если ты приехала сюда танцевать, петь или работать официанткой, тебя все равно будут считать проституткой.
— Но ведь это несправедливо!
— В жизни несправедливо почти все.
— Марат, ты очень рискуешь, если я поживу у тебя, пока ты будешь готовить мне документы?
— Ну, как тебе сказать…
— Я думаю, ты не станешь прислушиваться к советам своего отца?
Марат промолчал, не ответив на мой вопрос. Всю дорогу мы ехали молча, и я нутром ощущала его внутреннюю подавленность. От этого мне стало совсем худо, хотелось спрятаться куда-нибудь подальше, чтобы меня никто не нашел.
"
"Приехав в пентхауз Марата, я скинула платье и набрала полную ванну воды. Марат зашел вслед за мной, достал сигарету и нервно закурил. В последние часы он вообще очень много курил — одну сигарету за другой. Руки его слегка дрожали.
— Зачем ты так нервничаешь? — спросила я.
— Не знаю. Просто меня раздирает какое-то двоякое чувство. Я не хочу тебя потерять, но и с тобой тоже не могу быть…
— Ты все-таки послушался отца.
