Приезжал мебельщик Бруно, мы с ним ещё раз обсудили дизайн мебели в моих комнатах, в комнатах супруга. Потом я занималась бумагами, их тоже накопилось достаточно. И после ужина занялась бисероплетением, все никак не могу закончить гарнитур для себя, любимой.
Хорошо, что от матери Ленни осталось достаточно много драгоценностей, можно пока носить, не повторяясь. Хотя теперь, как супруга Иоганна я имею право на драгоценности из сокровищницы баронов Нойфель. Хотя принц молчит на эту тему. Впрочем, насколько мне известно, он больше и не был в поместье после нашего венчания, а сокровищница находится именно в поместье.
Да и в принципе, сам Иоганн мало обращает внимания на драгоценности. Вопреки моде, он сам носит только запонки, булавку в галстуке, да фамильное кольцо Тюрингов."
"Хотя в театре я видела некоторых модников, на которых драгоценностей сверкало, однако, даже поболе, чем на их спутницах. Впрочем, оставим это их чувству прекрасного. Проснулась я далеко за полночь. Меня разбудили тяжёлые шаги по лестнице, шум голосов в спальне Иоганна, что- то упало с металлическим звоном, короткий испуганный женский вскрик.
Я торопливо нашарила ногой возле кровати тапочки, подвязала потуже поясом теплый халат и пошла в покои мужа через смежную дверь в гардеробной.
В спальне было очень светло, горели все свечи, Шульц заходил в двери с дополнительными канделябрами. Вокруг кровати принца толпились люди, двоих я видела мельком, вроде бы из охраны, ещё одного тоже узнала - зам Иоганна.
Ещё одного, высокого и тощего мужчину с кислым выражением лица, не видела никогда. А ещё в спальне остро и резко пахло кровью. Ее удушливый сладковато- металлический запах не спутаешь ни с чем. Он забивал нос и ощущался вкус крови во рту, вызывая тошноту и головокружение. Не то, чтобы я падала в обморок при виде крови, но не любила это дело сильно. Особенно, после того, как пережила последние месяцы жизни мамы.
Распихав локтями группу товарищей, я пролезла к кровати. Там лежал Иоганн.
Очень бледный, с закрытыми глазами. Рукав темного камзола быстро намокал от крови, и на простынях уже красовалось изрядное алое пятно. И какого черта все стоят и любуются? Надо же остановить кровотечение! Когда я получала права, то медподготовка входила в обязательный курс.
Я с раздражением рявкнула на Шульца:
- Что стоишь, смотришь? Снимай скорее камзол и рубашку. Где рана у него?
Испуганно косясь на меня, камердинер кинулся выполнять приказ.
