Но слова застряли в горле, стоило встретиться с бездонными черными глазами, в которых плескалось столько отчаяния и скрытой боли.
— Ты же не любишь его, — вдруг заявил Элай, хватая меня за руку.
— Ты ничего не знаешь обо мне, — тоже переходя на ты, ответила я.
— Я знаю, что вы друг друга не любите. Все это затея старого герцога. Его план по получению артефакта семьи Обен. Наверное, поэтому ты боишься рассказать о… своем положении. Знаешь, что пути назад не будет и боишься.
— Пусти, — прошипела я, выдергивая руку.
Он поднял опасную тему. Очень опасную. Тем более, сейчас, когда нас в любой момент могли услышать.
— Не знаю, что ты там себе придумал, но это неправда, — упрямо произнесла я.
— Я не придумал. И тебе это известно.
— Неужели тоже решил стать одним из охотников за артефактом семьи Обен? — горько хмыкнула я. — Он ведь всем нужен. Именно он, а не я. Подумаешь, какая-то травница.
Ему хватило совести отступить.
— Ты же знаешь, что это не так.
— Не знаю, — прошептала я.
— И ты ничего обо мне не знаешь. Так что не смей… судить.
— Шанти… — пробормотал Лоран.
А я разозлилась еще сильнее. На него. На герцога, который играл моей жизнью. На Корнелию за столь неожиданный подарок. На весь мир, с которым мне приходилось бороться.
— Не хочу! — Я мотнула головой. — Не хочу, чтобы его нашли. Он мне не нужен! Этот могучий артефакт. Пролежал где-то сотню лет и пусть лежит дальше.
А потом произошло нечто совсем неожиданное.
Пол под ногами внезапно загудел и задрожал.
Зазвенели стекла в оранжерее, застонали деревянные перекладины.
— Шанталь! — крикнул Себастьян, бросаясь ко мне из другого конца зала.
Но мы оба понимали, что он не успеет.
— Держись!
Лоран сделал рывок ко мне, но поздно. Пол под моими ногами уже провалился, увлекая меня в черную бездну. И не только меня. Лоран рухнул следом, все еще не оставляя попыток до меня дотянуться.
«Ну конечно, тени! Они могут перенести нас куда угодно», — запоздало вспомнила я, потянувшись в ответ.
Наши пальцы соприкоснулись, однако ничего не произошло. Тени не сработали. Мы продолжили стремительно падать в темноту, конца которой не было.
Глава Тринадцатая
Шанталь
Мы летели в никуда. Испытывая не просто страх, а настоящий первобытный ужас, я не сомневалась, что это конец. А потому не билась в истерике, не рыдала и не молила о помощи. Лишь мысленно посетовала: «Как мало я успела!», а следом подумала, что Ясель больше не о чем волноваться.
