Кеннет жестом велел Тахису продолжать следить за ведьмами. Нельзя терять бдительность. Пруст только завтра должен заступить на охрану дворца. Собственно поэтому Стана и перевезла Бояну в отдалённый храм именно сейчас. Не хотела, чтобы разведчик увидел её запертой в покоях. Выяснил, как устроена защита и помог главе Клана Смерти заключить брак между своим магом и уже не состоявшейся наследницы трона Фитоллии.
— Ты оставил королевство без следующей Верховной, — выцедила сквозь зубы ведьма, устраиваясь на сидении. Подушки, которые Хельда подкладывала под спину, она небрежно сложила в углу.
— И ладно бы жених был знатного рода, имел титул и положение в королевстве, но простой артефактор! Кеннет, я не для того растила дочь, чтобы она резала баранов по локоть в крови и смотрела, как пляшут полуголые мужики, измазанные белой глиной!
— Этан по силе превосходит моих лучших боевиков, а по мастерству равных ему вообще нет.
— Он старик, — простонала ведьма. — Ты отдал мою девочку замуж за того, кто старше твоего отца!
— Ты сама выбрала в мужья опытного мужчину и двадцать лет твердишь мне, что ни капли не пожалела.
"
"— Хватит! — она хотела его ударить. Сжала кулак и замахнулась, но продолжала говорить. — Никто не давал тебе права заключать брак! Бояна — не твоя дочь, как бы тебе не хотелось обратного. Всего лишь воспитанница. Как ты посмел решать её судьбу? Ломать девочке жизнь! Никто кроме…
— Тебя, Стана, — закончил за неё мысль Кеннет, — не может этого делать, верно? Ты захотела сделать дочь наследницей.
Выпросить у Лилит метку. Заставить Бояну сесть на трон и стать твоей копией. Ведь только так должна поступать хорошая девочка. И плевать, чего она хочет на самом деле. Не важно, кого любит. Разлюбит, молодая ещё. Глупая, не понимает ничего. То ли дело её мать. Мудрая правительница, знающая, как будет лучше для всего королевства. Ты подмяла своих близких под себя и диктуешь, что им делать. Какие блюда выбирать за ужином, за кого выходить замуж. Где учиться, с кем дружить, как танцевать.
Остановись, пожалуйста. Посмотри на себя. Ты теряешь семью.
— Замолчи! — крикнула ведьма и бросилась на него с кулаками.
Била, не глядя, куда попадает, выплёскивала боль. Всё, что копилось так долго и не имело выхода. Ей было нельзя. В тот день, когда Ядвига убила тысячу ведьм, молодая Стана запретила себе быть слабой. Ошибаться, просить помощи, отпускать.
Кеннет держал её, слушая, как боль звенит в голове, чувствуя, что немеют плечи. Ведьма выдохлась и заплакала.
