Ворчащего отца хотелось обнять и по-мальчишечьи поцеловать в щеку. Сын и так обязан ему своей жизнью, а теперь ещё и жизнью жены с дочерью.
— Уже есть идеи, кому выгодна её смерть? — спросил Ксанир, встав у окна с мечом наперевес. — Ко мне с бокалом просто не подошли бы. Я своё кольцо пятнадцать лет ношу, не снимая.
“Ведьмам, — крутилось на языке. — Верховной Стане, Первой Ведане”.
— Паучихе, — сказал Кеннет вслух. — Бессалийской королеве преступного мира. Она поклялась отомстить Хельде за отказ продать землю с источником.
— Думаешь, у неё настолько длинные руки?
— Не знаю. У её покровителя возможностей хватает.
— Кому ещё она перешла дорогу? — Ксанир распутал завязки мантии и сбросил её на пол, оставшись в белой рубашке и чёрных штанах. — Я слышал, её отец тёмные дела проворачивал. Не досталось ли чего в наследство?
— Его тоже Паучиха убила. Так что у семьи Беринских один враг.
Отвечал Кеннет уверенно, но сознание зацепилось за фразу “тёмные дела”. После того, как Сокол рассказал о несовершенстве защиты дворца ведьм, в особняке главы клана появились артефакты, отслеживающие умертвий.
Сунуться сюда так же, как за книгой Веданы, тёмные уже не могли. А хотели, наверное. Сарвальд слишком высоко ценил возможность решить проблему с деторождением. Кто мешал ему убрать лишнего посредника в лице Хельды?
— Служанку нужно допросить, — напомнил отец. — И не церемониться с ней. Давай я, если ты не хочешь руки марать.
— Хочу, ещё как хочу, но подожди, — сын достал зеркало из кармана. — Говори, Тахис.
"
"— Лин Делири, — в отражении появился взъерошенный, но всё ещё предельно собранный командир охраны. — У меня есть две свидетельницы. Они видели, кто прикасался к кувшину и даже пометили его. “Посадили” пятно краски на дно. Маленькое пятно. Опознали его только что.
— Пусть подойдут к зеркалу и докладывают.
В раме появились две грустные мордашки. Старшие воспитанницы приюта, устроившиеся на работу в особняк.
— Мы всё видели, — выдохнула Эрика. — Лина Хельда велела глаз с неё не сводить.
Как будто чувствовала, что она гадость задумала! Мы следили. Как только заметили, что она Мине кувшин дала и велела его именно хозяйке отнести, заподозрили неладное.
— Сначала я подумала, что там зелье или ещё какое-то снадобье специально для беременных, но причём тут Сандра тогда? — продолжила мысль младшая. — Лина Хельда сама свои микстуры пьёт, ей никто даже не напоминает. А тут такое. Эрика побежала пометить кувшин, пока Мина отвлеклась. А я к охране.
