Отметил, но ходу не сбавил, так и скользил, чуть пригнувшись, размашистым волчьим шагом, внимательно обшаривая взглядом дикие, поросшие кустарником гнойной колючки холмы. Марат за его спиной старался двигаться скрытно, но его порывистое дыхание было слышно Лешаге, пожалуй, отчетливее, чем собственное. «Устанет — сам уйдет. Интересно, сколько еще продержится?» — он притормозил, наклонился, точно поправляя шипастый понож из шкуры живоглота, и скосил глаза назад. Чешуйчатый еле брел, широко открыв пасть и хватая воздух, отчего-то вдруг ставший густым и обжигающим легкие.
До вечера точно не дотянет. Рухнет где-нибудь. Ну да ничего, прорв рядом нет, а все прочие сами не рискнут сунуться."
"Когда сумерки окончательно размыли контуры предметов и дневной жар сменился холодом, Лешага решил сделать привал. Найдя затянутое ряской болотце, одно из многих, оставшихся после Того Дня, он развел неподалеку костер в неглубокой яме с отведенным в сторону, чтобы не привлекать чужаков, выходом дыма, достал из вещмешка рукав старой брезентовой куртки, набросал в него слоями песок, золу, мелкие камешки, затянул, оставив маленькое отверстие, набрал болотной воды в флягу и начал струйкой проливать ее сквозь получившийся фильтр.
— Лешага! — послышалось из кустов. — Можно и мне воды. Пожалуйста…
Леха усмехнулся.
— А что ж из кочкарника[3] не пьешь?
Марат с виноватой физиономией выбрался на прогалину к костру.
— Там же эти, пиявки, они могут выпить всю кровь. И водяной с кикиморами.
— Кикимора — это та накидка, в которой ты вчера бегал, — отозвался страж.
— Нет, кикимора — прислужница Темного Властелина. Она топит людей, а потом их Властелин к себе в чертог забирает и делает из них прорв, — уверенно заявил юнец, снимая обувь и закидывая повыше на поваленный ствол гудящие от долгой ходьбы ноги.
— А что такое чертог? — заинтересовался Леха.
— Знаю только, что в нем черти водятся, они Темного Властелина охраняют, — с превосходством в голосе объяснил чешуйчатый. — А черти — это самые отборные из волкоглавых.
Лешага только хмыкнул и отпил из котелка, начисто игнорируя умоляющий взгляд Марата.
— Лешага, а мне?
— Кикимор бояться — воды не пить. Чего с собой не взял?
— Я брал, но уже всю выпил. Ты очень быстро ходишь, — с восхищением и затаенным укором признался драконид. — Ну, дай глоточек, жалко что ли?
— Закон Дикого Поля запрещает тому, у кого есть вода, отказать в глотке умирающему от жажды. Но тот, кто не умеет добыть себе воды, долго не живет.
