Отчаявшаяся мисс Мак-Грегор не видела иного пути отыскать ответы на мучившие ее вопросы.
— Благодарю вас за вашу откровенность и заботу о деле. — Эдвард Ноллан III отвел глаза в сторону океана. Ему вспомнилась вчерашняя беседа с отцом — главой лунной базы. Они стояли под самым куполом, далеко на горизонте восходила Земля, такая манящая неведомая родина, когда-то прекрасный сад, а ныне мертвая глыба. Вращающийся по своей вечной орбите громадный спутник Луны. Эдвард Ноллан III знал, что отец, покинувший Землю еще совсем мальчишкой, мучительно тоскует по ней, и каждый день приходит на смотровую площадку, чтобы поглядеть на восход родной планеты.
— Тишина? — увидев сына, без особой надежды спросил он.
— Полная, — нехотя подтвердил глава оргкомитета. — Ни одна из 24 оставленных станций не подает сигнала.
— Как ты думаешь, почему, Эдди? Ведь они построены со всеми возможными предосторожностями. Каждая из них годы может работать в автономном режиме. Неужели там больше никого не осталось?
Сын лишь пожал плечами.
— Наблюдения пока не дают точного ответа. Нельзя с уверенностью сказать ни да, ни нет. Но, возможно, разумной жизни, в нашем понимании, и правда не осталось. Возможно, нынешние обитатели — дикие монстры, пожирающие друг друга. Кто знает, какие там сейчас атмосфера и уровень радиации? В какую сторону пошли мутации? Если амеба со временем стала человеком, то одному Богу ведомо, во что мог превратиться человек.
— Богу… ведомо. Забавно, сынок, очень забавно. Действительно, кому, как не Создателю, знать, во что превратилось его творение.
Ладно, все это из области поэзии и философии. Ты что-то хотел сказать мне?
— Нам жизненно необходимы почва и вода. То, что выходит из опреснителей так называемой повторной переработки, даже химически уже мало напоминает питьевую воду. Необходимо снарядить экспедицию на Землю.
— Огромный риск, сынок. Кто знает, чем встретит нас родная планета? Пригодны ли ее природные ресурсы к использованию?
— Всякий раз, когда корабль, залитый под завязку водой, стартует с планеты Европа, не знаешь, сумеет ли он вырваться из поля притяжения Юпитера, шлепнется на него, или останется летать, словно консервная банка, вокруг чертова гиганта.
— Это правда. Но полет на Землю может оказаться не менее, а то и более опасным.
— И все же, отец, позволь, я объявлю набор добровольцев.
— Я должен это обдумать. Был бы жив твой дед…
— Но его уже пять лет нет с нами. Теперь за все отвечаешь ты. Отец, ты все уже тысячу раз обдумал.
